Ковид: серебряная каёмочка чёрных тучек

Философская школа Реального Оптимизма учит нас стараться во всём, даже в самых мрачных вещах, находить светлые стороны. Ну, хотя бы проблески света.

Скажем, извержение Везувия уничтожило Помпеи и Геркуланум, погубило десятки тысяч людей, и это, конечно, ужасно, но с другой стороны, толща вулканического пепла и туфа на столетия надёжно уберегла похороненные города от стихий и мародёров. И сейчас мы имеем возможность изучать Помпеи ровно такими, какими они были тогда, в правление Тита — вплоть до порнографических мозаик в термах и хулиганских надписей на стенах, типа «Спартак чемпион, Красс лох».

Так что важнее для нас сейчас: сохранность этих бесчисленных древних артефактов — или же чтобы те древние римляне прожили на двадцать-тридцать лет дольше?

К тому же, не будь гибели Помпеи — художник Карл Брюллов не смог бы написать свою замечательную картину, которая радует наш глаз восхитительно переданной атмосферой апокалиптического ужаса и хтонического отчаяния.

Вот так и Ковид.

Да, он доставляет много неудобств — но есть и положительные моменты.

Попробую обозначить некоторые.

Во-первых, многие тысячи фирм и учреждений наконец-то перешли на удалённый режим работы, и миллионы людей наконец-то вздохнули с облегчением, перестав тратить часа по три в день на транспорт (а также — избавившись от необходимости носить дурацкие костюмы).

Это давно напрашивалось, перевод сотрудников на удалёнку, но слишком сильна была инерция обязательности присутствия, со всей этой уёбищной культурой офисных кубиклов и шутовского дресскода.

Один мой приятель, работающий в Штатах в страховом бизнесе — признался, что прямо таки молится на то, чтобы Ковид не кончался. Во всяком случае, чтобы не кончалась возможность работы на удалёнке. Он уже слишком привык решать рабочие вопросы по Инету, поуживая рыбку с борта своего катера и болтая босыми ногами в воде. Отвыкать — совсем не хочется.

Серьёзно, за этим видится будущее — за переводом большинства работ на удалёнку. В конце концов, не только «белые воротнички» могут так функционировать — но даже и хирурги, скажем.

Жить на райском тропическом острове, в своё удовольствие, а для операции — облачаться в сенсорный манипулятор, получать видео брюшка пациента в реальном времени и во всех ракурсах, манипулировать, как надо — а робот на том конце будет в точности воспроизводить твои движения. И скорее всего, будет ещё иметь программную защиту от неожиданно резких и опасных движений, поэтому можно будет оперировать даже с похмелья или с опохмелки, не боясь, что дрогнет рука.

Отсюда и другой плюс от Ковида — тенденция к расселению людей по удобным, просторным местам, достаточно широко разбросанным, вместо того, чтобы кучковаться в мегаполисах и многоэтажных «человейниках».

Собственно, эта тенденция тоже давно прослеживалась, но Ковид — придал ей новый импульс.

Поэтому и наблюдается резкое подорожание стройматериалов во всём мире: очень много людей бросились переселяться в частные дома.

И это однозначно хорошо, поскольку нормальное человеческое жильё — и должно быть частным отдельно стоящим домом. И чтоб ближайшие соседи — на «три-Миссисиппи». Тогда — и с ними будет дружба, и душевный комфорт будет, и здоровая психика в здоровом теле.

Отсюда ещё один плюс — повышенный запрос на частные-малые летательные аппараты, чтобы всё-таки было на чём добраться до города, если приспичит сходить в какой-нибудь театр.

Сейчас это рассматривается как роскошь, частные самолёты-вертолёты, но роскошь — именно то, что двигает наш прогресс. А аскеза — это то, что его губит, ввергая человечество вновь и вновь в тёмные века под дурацким лозунгом борьбы с «избыточным» потреблением.

Конечно, сейчас у персон, почитающих себя «земным правительством», немножко другая установка, они-то призывают всех ужаться и опроститься — ну вот и этих пидарасов, думается, Ковид тоже несколько подвинет.

Вообще, многие высказывают того рода опасения, что эта эпидемия и борьба с нею ознаменует новые виток тоталитаризма, окончательное уничтожение частных прав перед лицом всеобщей озабоченности — но я смотрю на вещи более оптимистически.

По хорошему счёту, государственные и надгосударственные структуры показали свою весьма слабую компетентность и эффективность в этой борьбе с Ковидом — которая всем давно надоела хуже творожной запеканки в детском саду.

Поэтому я ожидаю, напротив, ослабления государственности, ослабления позиций дискредитировавшей себя международной бюрократии — что создаст предпосылки для постепенной замены национально-территориальных юрисдикций… нет, не Единым Мировым Правительством, упаси Озирис, а — конгломератом добровольных и конкурирующих силовых ТНК, предоставляющих страховые и крышевые услуги.

Моя давняя мечта. Я сам имею честь принадлежать к Корпорации силового профиля, оказывающей крышевые услуги по всему миру — но тоскую от нашего одиночества. Сейчас у нас нет равных по эффективности ни среди национальных правительств, ни среди частных корпораций (пресловутый «Вагнер» - это не столько косплей даже, сколько пародия на нас в корявом кремлёвском исполнении), но мы осознаём, что монополия — губительна прежде всего для монополиста. Он слишком изнеживается на лаврах, слишком размякает мозгами — поэтому нужна бодрящая конкуренция.

Дружественное соперничество — при том общем понимании, что мы все не хотим армагеддона (ибо все хотим хорошо кушать здоровую пищу и любоваться красочными закатами) — но все преследуют свои «шкурные» интересы, чего нисколько не стесняются признавать, не пытаются изображать омерзительную в своём лицемерии картину альтруизма.

Мир разумных эгоистов — мечта не только Штирнера, но и моя.

И территориальная государственность, конечно, будет несколько «редуцирована» в этом мире моей мечты. Ибо сейчас, честно сказать, государства уже достали тем, как они превышают мандат не то что «ночного сторожа» по Локку — но и вовсе возомнили себя в каждой бочке затычкой, которая, притом, лезет не только в бочки, но и в любые самые интимные места налогоплательщиков.

Думаю, накопилось уже достаточное недовольство бесцеремонностью современных государств — а Ковид, и меры борьбы с ним, это усиливают, чем и создают предпосылки к тому, чтобы «пришёл лесник и всех разогнал».

Вернее, не один лесник, а ватага егерей, дружественных и соперничающих, которые вскроют брюхо современной государственности, этого волчища в бабушкиных одеждах, и высвободят оттуда ещё не переваренную Красную Шапочку гражданского общества.

Ну, как-то так.

По-любому, с моей точки зрения Ковид хорош уже тем, что ведёт к банкротству государств. Снижает налоговые поступления (в локдауны бизнес-активность падает, но частично — уходит в тень, и люди снова овладевают ценными «кландестинными» навыками) — и влечёт неконтролируемые расходы казны.

Что в долгой гонке, конечно, снижает общее могущество государств, ибо нельзя бесконечно заливать проблемы теми деньгами, которых ты не заработал.

И кто-то, конечно, может прослезиться от того, как усыхают возможности государственных машин, но я лично никогда не упускаю случая для самоцитирования: «Мне не важно, чего именно хочет государство — мне важно, чтобы оно не могло ничего!»

Ну, кроме «местоблюстительства». Вот чтоб даже не делало ночных сторожевых обходов, а просто сидело себе в будке, выставив ствол наружу, и не имело сил ни на что больше, ни на какие вообще замуты, которые могут запасть в голову тем или иным шизофреникам-радетелям за «общее благо», чтобы никак не могло вмешиваться в частную жизнь людей за пределами своей государственной будки (а её всё-таки должно защищать от посягательств узурпаторов, которые рискуют оказаться более способны и деятельны после захвата власти).

Что ещё хорошего делает Ковид, помимо дискредитации и ослабления государственности?

Ну, это кризис — а кризисы хороши тем, что позволяют редуцировать «социальную политику». То есть, прикорм безответственных паразитов за счёт сознательных тружеников.

И «социальная политика» - это такая штука, которую в обычных условиях очень трудно развернуть, отыграть назад.

Если твои политические предшественники уже бросили какие-то ништяки халявщикам — то тебе трудно будет выиграть выборы под лозунгом отмены этих ништяков. Ну, не только что эти халявщики за тебя не проголосуют — но они могут очень активно, даже агрессивно, даже погромно тебе противодействовать, создавая нехилые проблемы (вот как прошлым летом в Штатах).

Да в любом случае — попробуй сейчас заяви какой-нибудь политик, что детские пособия нужно отменить, дабы не жировали на них «профессиональные» матери-одиночки, плодя уличную преступность. Такой визг поднимется — что туши свет. Хотя, в общем-то, это правда, что в большинстве проблем нынешних маргиналов виноваты правительственные меры, способствующие их расплоду, весьма прибыльному для родителей.

Детские государственные пособия — это страшное зло, которое, в общем-то, сгубило Рим. Но сказать об этом вслух сейчас — значит похоронить свою политическую карьеру, даже если ты идёшь от «буржуинов».

То есть, я-то могу это говорить, поскольку мне плевать на мнение лицемеров и тупиц, а публичный политик — нет.

Другое дело, когда государство просто банкротится, и денюжек — нетути. Ни на что. Вот тогда — социалка отменяется явочным порядком. Появляется возможность для перезагрузки системы.

И, ей-богу, это ещё очень хорошо, что нигде толком не сумели ввести «минимальный гарантированный доход». Вот уж с этой-то левацкой бранжи — точно было бы не соскочить, если б ввели.

Но Ковид, истощая госбюджеты и громоздя госдолги, успешно решает проблемы социально опасных госрасходов: когда у государств падают доходы, когда истощается казна — то и расходовать, собственно, нечего, всем спасибо, все свободны.

Вместе с тем, Ковид решает и такую ключевую проблему, как ответ на вопрос «Нужны ли мы нам?» А конкретнее — трудоустройство тех излишков населения, которые будут очевидны при дальнейшей роботизации и вообще оптимизации трудовой деятельности на всех поприщах.

Это уже давно назревший вопрос — куда девать явно лишних людей, которые не приносят никакой пользы другим людям, но тоже хотят красиво жить, крепко спать, вкусно жрать.

Ковид, как предвестник и грядущих эпидемий (с естественными или даже рукотворными вирусами) даёт ответ на этот вопрос.

Он реально создаёт огромное количество рабочих мест. А именно — подопытных кроликов.

Да, спрос на услуги волонтёров для испытания на себе новых болячек и новых средств борьбы с этими болячками — сейчас высок, как никогда, а будет ещё выше.

И может, кому-то «подопытный кролик» звучит оскорбительно — но уж точно не более оскорбительно, чем «потомственный велфарополучатель».

А если для самой персоны, получающей велфары, это не кажется оскорблением — то вот для остальных, работящих членов социума это окажется оскорблением, что кто-то претендует на халяву, когда есть возможность расплатиться за получаемые тобой блага. А именно — у всякого есть возможность стать «подопытным кроликом», и только так ты, дорогой бывший(!) велфарополучатель, обретёшь не убогие свои «карточки» продовольственные, а — полноценные универсальные деньги.

Ну и наконец, Ковид выполнил свою главную миссию. А именно — дал возможность нынешним малолеткам вещать своим внучкам спустя полвека: «О, то были суровые, огневые годы. Эпидемия бушевала повсюду — и повсюду нужно было носить маски. И в автобусе, и в магазине. Страшное лихо, ужасная напасть — но мы пережили это, мы пошли вперёд».

Собственно, ради чего и вызрела вся эта катавасия с Ковидом. Ради того, что люди любят пугаться (иначе б и не смотрели хорроры) — и любят ощущать свою причастность к чему-то эпическому, грандиозному, пусть и страшному.

Давно не было серьёзных войн на Глобусе — так хоть эпидемией пострашиться-потешиться.

Тут - «план удался».

Хотя, конечно, это не было каким-то единым планом, кем-то проводимым в жизнь по пунктам — никогда так и не бывает с глобально значимыми явлениями.

Но просто — люди истосковались по чувству страха и неуверенности в грёбаном завтрашнем дне.

А поэтому реальность — подстроилась под их чаяния, под их истинные чаяния.

Типа, «Вы хочете песен? - Их есть у меня».

Вы хочете потрясений и экстремальных развлечений, когда наскучило слишком безбедное и предсказуемое бытие?

Ну, Ковид — обеспечил острые ощущения тем, кто их хотел (а кто не хотел — тех не спрашивал, но тоже обеспечил).

Есть ли худо без добра?

Скажем так: не бывает добра без худа.

Ибо вообще всё очень относительно в этом мире: кому худо, кому добро.

P-s.: Да, немножко оффтоп, но просто не могу не поделиться.

На днях небезызвестный Моргенштерн заявил, что его очень слабо парит Великая Отечественная война, и День Победы, ибо для него это примерно как палеолит.

И какой-то там комитет детей лейтенанта Шмидта людей, выдающих себя за ветеранов, возбудился сам и потребовал возбудить дело на этого самого Моргенштерна (уж не важно, за что именно — но это и давно не важно в России).

Виконт Алексей Артёмович прокомментировал, гневно сжимая кулаки и потряхивая напружиненным кадыком:

«Не важно, какая война? Не важно, чья победа? А вот победили бы немцы, и повсюду звучал бы их язык — и как бы звался этот рэппер? Неужто Ммм…. - кривится, машет рукой: - А, забейте!»

Не знаю, как в пересказе — но вживую это было довольно смешно.