artyom_ferrier (artyom_ferrier) wrote,
artyom_ferrier
artyom_ferrier

Categories:

Кошкина Колыбелька Воннегута, финальное впечатление

Дочитал Cat's Cradle.

Ну и прежде чем высказаться о собственно книге — закрою тему «оригинала и перевода».

Ещё раз повторю, русский перевод этой вещи — очень хороший. А Рита Райт-Ковалёва — большая умница, отлично подмечает стилистические нюансы, отлично подбирает аналоги, в том числе в играх слов.

Хотя, конечно, такую игру, как soul-sole (“душа» и «подошва», произносится одинаково), где эти бокононисты производят обряд душевного единения, соприкасаясь голыми подошвами — это передать сложно.

Но многое — у Райт-Ковалёвой получилось отлично, насколько могу судить, посмотрев особо занятные места.

И тем не менее. Вот читаем диалог в переводе:

«- Довольно точно соответствует моему теперешнему настроению.

- У вас такое настроение?

- Вы рассуждаете как боконист, Ньют».

Какой смысл этого диалога? Ну, наверное, какой-то очень глубокий, да? Только избранным понятный.

На самом деле разговор такой был:

«That comes pretty close to describing how I feel most of the time».

«Maybe that’s the way you’re supposed to feel».

«You talk like a Bokononist, Newt».

То есть, там не вопрос был, а предположение: «Возможно, вы и должны так себя чувствовать».

И это как раз действительно «по-бокононистски», в духе той выдуманной Воннегутом религии, где подчёркивается неслучайность всего сущего (хотя по хорошему счёту, главный и единственный постулат той религии: «Всё фигня, кроме пчёл, но и пчёлы тоже фигня»; он не озвучен в книге, но он есть).

Ну и вот таких моментов в переводе Райт-Ковалёвой, конечно, мало, но всё-таки есть. Переводчики — тоже люди. Могут отвлечься на сбежавшее молоко, на клаксон за окном, на томный закат.

К тому же, в советские времена, насколько знаю, не было принято прочёсывать переводы редактором, который бы тоже знал иностранный язык и мог сверяться с оригиналом. Просто и не хватало специалистов такого уровня. А свежий глаз — это очень важно, ибо собственный-то замыливается. Кажется, будто всё нормально перевёл, как нужно, как имел в виду — и просто в упор не видишь собственные косяки.

Поэтому не всегда несправедливы бывали упрёки к этой книге, что будто бы некоторые места звучат «как полный бред». Ну, некоторые — да. Хотя по большей части — замечательно переведено.

Однако ж, и оригинал — местами пусть не «бред», но всё же некоторый «сюр».

Воннегут умеет издеваться над лицемерием реальности, умеет быть премило циничным, поэтому-то он так нравится тинейджерам, отчаянно претендующим на интеллектуализм по причине невозможности претендовать на что-либо ещё. Скрипучая мизантропия и торжествующий пессимизм — вот две тональности, что столь любезны юным лопуховатым ушам в творчестве Воннегута. Хотя, сказать правду, и над мизантропей, и над пессимизмом — он издевается тоже. Вообще ничего святого у человека — за то и любим.

Меня же, как парня практического, с некоторых пор интересовал в этой книжке только один вопрос (и — будут спойлеры).

«Э, аллё? Мы не забыли, что у нас где-то там болтается «магический» Лёд-9, способный замерзать при 45 градусах тепла, а значит, способный превратить в лёд всю воду на Земле и уничтожить планетарную биосферу?»

Надо отдать должное, Воннегут издевался и над моим нетерпением, вводя всё новых персонажей, заставляя их вступать в диалоги, болтать о том, о сём, рассказывать о себе — как если б это имело хоть какое-то значение на фоне надвигающейся катастрофы...

Несмотря на блёстки остроумия в диалогах, они вызывали и некоторое раздражение. «Это какая-то Достоевщина, - думал я. - Не в плане мрачности — того-то нет - а вот в плане того, что совершенно незнакомые люди, повстречавшись весьма случайно, вдруг начинают безудержно болтать о самых интимных для себя вещах».

Но, разумеется, Лёд-9 не был забыт — и сработал, как надо.

Дети профессора Хонеккера после его смерти разделили весьма случайно доставшийся им Лёд (папа не намерен был умирать, оставив на кухне блюдечки) и торганули этим самым убийственным ОМП в истории, чтобы устроить личные дела.

Старшая дочка приманила владельца оборонных заводов — и так Лёд заполучило правительство США.

Младший, карлик Ньют, вроде бы не торговал своим льдом, но его украла у него русская шпионка-лилипутка Зинка (которая в переводе упорно фигурирует как Зика из некой неустановленной страны).

Так Лёд попал и к Советам.

Ну а братец Фрэнк метнулся на карибский остров, где правил местный «Папа»-диктатор (во многом списанный с гаитянского Дювалье тех времён) и взамен на статус «визиря» - отдал крупицу Льда. Чтобы полубезумный этот чел, почти убитый раком и опиатами, носил кусочек самого опасного в мире вещества в ладанке на шее. А когда решил, что хватит с него страданий — просто заглотнул. И немедленно превратился в попсикл. Как и доктор, коснувшийся его, чтобы проверить пульс.

Меня больше всего умиляло в этой истории, как Штаты (да даже и Советы), заполучив Лёд для себя, вполне снисходительно относятся к тому, что по миру продолжают разгуливать трое беспечных идиотов, без охраны, без конвоя, и носят в термосах «личинки мгновенного и неминуемого планетарного армагеддона».

То есть, пока правительства не знали, что имеется у этих профессорских детишек — ещё ладно. Но чтобы их оставили в покое, узнав(!) о Льде-9?

Ну, попробуйте слить информацию, что у вас дома хранится, скажем, холерный вибрион. И вы готовы отдать его в хорошие руки за хорошую цену. Засекайте время, как быстро к вам приедут люди в чёрном (вернее, в жёлтой биозащите). И попробуйте объяснить им, что это ваша частная собственность, тот вибрион.

А ведь холера в современном мире — так себе угроза. Да бубонная чума, если вдруг снова разразится, наделает куда меньше вреда, чем в четырнадцатом веке (и тогда-то она всего лишь уполовинивала население, а не вычищала полностью, и вообще никак не била по экологии).

Тут же — речь идёт о зёрнышке Льда, которое попадает в мировой океан, так или иначе, через ручейки, через речки — и пиздарики.

Ну и естественно, поскольку все правительства-военные-разведки — это беспечные идиоты, которым всё пофиг, в книжке легко и непринуждённо происходит катастрофа, убивающая практически всю жизнь на планете Земля, и, что особо пикантно, уничтожающая предпосылки для восстановления той жизни (ибо все океаны теперь — лёд, и даже почва земная — скована льдом).

На самом деле американская военщина могла бы быть благодарна Воннегуту за то, что на этот раз эсхатологический пиздец устраивает не она, а вполне себе частные долбоёбы, довольно случайные наследники своего папашки-учёного, который пусть и работал на правительство, но конкретно этот Лёд-9 — создал самостоятельно (как именно, без участия научного коллектива? «Ну, как-то так»).

Я бы сказал, в целом, среди многих прочих книжек про «армагеддец» (что было особенно модной темой где-то около Каррибского кризиса) эта — одна из самых весёлых. Она — самостёбная, можно сказать. В ней всё — легко и непринуждённо. Всё понарошку — как та «кошачья колыбелька» (от которой «дети растут психами», по меткому замечанию Ньюта, ибо «нет ни чёртовой кошки, ни чёртовой колыбельки»)

И даже эта выдуманная религия, Бокононизм — не претендует на загрузность или на истину. Напротив, она изначально позицинионирует себя как полнейшая херня, лапша на ваши уши — ну, как и любая другая религия. Просто, конкретно эта лапша — местами бывает вкусной.

Ранее, когда я не читал эту вещь (поверьте, филфак МГУ даёт некоторую прививку от чтения книжек без необходимости, а ради удовольствия) — слышал, тем не менее, рассуждения о том, какая там глубокая философия.

Что ж, моё отношение к философии всегда было очень простым.

Примерно таким:

«В чём смысл жизни?» Если тебе реально охота тратить время на поиски ответа на данный вопрос, то, возможно, в твоём случае — ни в чём. Убей себя. Счастья и добра».

То есть, я не против философии — но при условии, что её не опошляют до «поисков смысла жизни». Нет, философия — это про создание и совершенствование научного аппарата, годного, в конечном счёте, для вполне себе практических целей.

Ещё же я обожаю, когда какой-нибудь рецензент отмечает: «Здесь автор учит нас...»

Знаете, когда я стану нуждаться в жизненных уроках от торговцев пиздобольством — у меня будет бирка на большом пальце ноги.

Нет, я ни в коем случае не отношусь к литераторам с презрением. Напротив, я считаю их интеллектуальные качества довольно высокими, обычно — выше среднего в популяции.

Ведь литератор, писатель — это парень, который, по меньшей мере, пишет слова в уютном кабинете, а не машет кайлом на каторге, куда угодил за нападение на инкассаторов. Разумеется, писатели обладают высокими рассудочными способностями.

Но всё же не настолько высокими, чтобы заделаться успешными бизнесменами.

Хотя, возможно, не все литераторы и хотели бы быть бизнесменами, не все имеют смелость на то, когда имеют на продажу то, что имеют: хорошо подвешенный язык.

Поэтому, имея дело с литератором, нужно всё-таки отдавать себе отчёт в том, что по сути своей это - «торговец пиздобольством».

И в том нет ничего плохого, чтобы потреблять произведённое автором пиздобольство. Особенно, если оно произведено качественно, если радует глаз, услаждает слух, развлекает мозг.

Но всё же - это именно развлечение, и не стоит относиться к литературе слишком серьёзно, как к раскрытию глаз, срыву покровов, мудрому поучению, и т. п.

Поверьте старому филологу: одна удачно установленная скрытая камера — позволит вам узнать куда больше правды о людях и их повадках, чем целая стопка внеклассного чтения на лето.

Литераторы — да, бывают наблюдательны, подмечают какие-то черты и нюансы. Но что главное — они умеют продавать(!) свои наблюдения, делать из них лакомую конфетку для читателя. В этом и есть литературный талант, часть его.

Но когда автор начинает чего-то проповедовать, учить жизни да предостерегать от опасностей — это как раз измена литературному таланту. И если автор начинает делать описанное сколько-нибудь откровенно — в литературоведческой терминологии принято говорить, что он «охуел».

Что до Воннегута — ну нет, конечно, в этой своей вещице он не «предупреждает человечество об угрозе оружия массового поражения». Это было бы пошло до имбецильности. А то вот до Воннегура никто не догадывался, что ОМП может представлять собой некоторую опасность.

Но если фразу «автор учит» я воспринимаю резко в штыки, то к фразе «книга заставляет задуматься» - более лоялен.

Она — не настолько идиотская.

Конечно, никакая книга не заставляет задуматься настолько интенсивно, как, скажем, визг тормозов за спиной — но, бывает, что и книжки дают пищу для размышлений.

И вот касательно Кискиной Кроватки — подумалось, что этот Лёд-9 — довольно интересная идея.

Представим, что это реально — получить такую... аллотропию, что ли? воды, которая замерзает при плюс сорока пяти градусах. То есть, абсолютное большинство масс воды на нашей планете — превратятся в лёд, как только вступят в контакт с зёрнышком этого Льда-9.

И вот известно, что этот Лёд создал практически на дому гениальный учёный. Ну и в реальности, конечно, никакие его шальные дети не шатаются по миру с зёрнышками «гарантированного истребления всего живого на планете» в рюкзачках. Всё очень быстро подчистят, только узнав о существовании такой шняги. Возможно, и детей этих профессорских изолируют, чтобы не было утечки о самой по себе физической возможности получения такого льда. Это тоже слишком ценная информация для всякого рода террористов. В таких случаях могут и забыть о Билле о Правах. Дети секретного профессора — должны были знать, в какой семье рождаются.

Но тем не менее, будет очевидно, что если этот лёд, да чуть ли не в кустарных условиях, сподобился сварганить один гениальный учёный — лишь вопрос времени, когда открытие будет воспроизведено.

Вот, скажем, Герон Александрийский создавал работающие (правда с очень низким КПД) паровые машины в первом веке нашей эры. Они оказались не очень востребованы, поскольку Средиземноморье имело больше проблем с топливом, чем с механической силой как таковой (её могли давать водяные колёса, волы, рабы).

Потом был период торжества духовности — который злые языки называют Dark Age.

Но когда человечество приспособилось сжигать высококалорийный каменный уголь — паровой двигатель оказался вполне востребован и был изобретён снова.

Поэтому, если в принципе известно, что Лёд-9 может быть добыт — значит, рано или поздно он будет добыт. И тогда лишь остаётся уповать на сознательность и осторожность «новооткрывателя».

Но на сии добродетели нельзя уповать до бесконечности. Рано или поздно Лёд может попасть в руки психопата, которому не мила ни собственная жизнь, ни планетарная. Ну или — произойдёт утечка по небрежности.

Однако ж, это не какой-то там вульгарный токсин, который можно по-быстренькому собрать бульдозерами, зачистив десяток тысяч гектаров леса и расстреляв, на всякий случай, жителей окрестных деревень — в общем, отделаться лёгким испугом.

Нет, в случае со Льдом-9 — всё очень просто и очень неотвратимо.

С голубого ручейка начинается река, поэтому, зёрнышко Льда попадает хоть куда угодно на почву, обычную хоть немного увлажнённую почву — и через минуты мировой океан превращается в глобальный скейтинг-ринг — вот только зрителей на трибунах уже не будет.

Соответственно, здесь мы имеем дело не с той опасностью, которую в принципе можно предотвратить. То есть, можно пытаться — но рано или поздно случится.

Поэтому разумная стратегия будет — заранее приспособиться к тем условиям, которые возникнут при утечке Льда-9.

Он — не тает при температуре до 45 градусов, сохраняет твёрдую форму?

Ну, естественно, для поддержания жизни на Земле нам нужно, чтобы вода была преимущественно жидкой в нормальных условиях.

Поэтому нам нужно сделать нормальными такие условия, при которых бы температура на большей части планеты редко опускалась ниже 45 градусов.

Нам нужно радикально подогреть планету — вот о чём нам мудро вещал Курт Воннегут ещё из шестидесятых. О необходимости Глобального Потепления.

Однако же такое потепление, вот чтоб прямо выше 45 градусов была вода в мировом океане, за исключением ледяных полярных шапок — оно даже и мне видится несколько дискомфортным.

Хотя в целом я не скрываю, что поддерживаю нагрев планеты и восстановление комфортного для флоры уровня СО2 в воздухе, что должно быть примерно в два с половиной раза больше, чем сейчас, около тысячи единиц на миллион.

Но 45 градусов — это, конечно, не очень комфортная температура. Современные рыбы — просто сварятся в такой воде.

И отсюда вывод: нужно создавать генетически модифицированные «бэкапы» нынешних биологических видов, которые смогут жить и процветать при таких температурах. В том числе — и разновидность человека, конечно, которая будет комфортно себя чувствовать в новой среде обитания, случись пиздец с прорывом Льда-9.

Хотя человек-то, на самом деле, давно, десятки тысяч лет, приспосабливается к среде не столько биологически, сколько меняя костюмчики.

Но вот прочую биоту — придётся генмодить, чтобы нам было не скучно на этой планете в новом её формате.

И вот на такие глубокие мысли наталкивает эта, казалось бы, незатейливая повестушка товарища Воннегута (который, безусловно, Крут).

В целом же — вполне так пришлась вещица.

Правда, я читал её, преимущественно, с той позиции «можно ли рекомендовать её изучающий английский» - и да, можно. Это довольно простой, без выебонов, но чёткий язык.

И тем не менее — ощущение примерно такое же, как и после просмотра фильма Кубрика «Доктор Стрейнджлав».

Тоже — на «эсхатологическую» тему, каковая была модной в шестидесятые, по понятным причинам.

Вот вроде — много классных моментов, и всё заебись, но как-то немножко недокрученно. Вот как-то смазанно в концовке, «провал класса», можно сказать, на «отъебись» немножко концовочки, — но я сам не знаю, как бы мог сделать лучше.

P-s. В одном месте говорится, что сестра этого учёного, папаши Хонеккера, разводила «giant schnauzers”. Перевод - «огромных шнауцеров». Премило эмоционально.

Ну, понятно, что по Инету пробить тогда было нельзя, но ведь должно было быть понятно и то, что это нелепо звучит, «огромные шнауцеры». Ясно же, что это порода. Которая в Европе и в Союзе называлась «ризеншнауцер» (и они не то чтобы действительно огромные, это все же не Great Dane – которого в другом месте книги Райт-Ковалёва очень правильно перевела как «датский дог», а не «Великий Дан»; оно же — и «немецкий дог»).

А вообще, пожалуй, сделаю особую заметку про собачью терминологию в инглише.

Tags: глобальное потепление, грядущее, инглиш, литература
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 26 comments