artyom_ferrier (artyom_ferrier) wrote,
artyom_ferrier
artyom_ferrier

Categories:

Про иллюзорность правового государства

Юридическое образование я получал вторым, уже в довольно зрелом возрасте. Получал — преимущественно ради обретения связей. Выпускники юрфака МГУ — это мафия, с которой стоит иметь завязки.

И вы будете смеяться, но среди студентов, сколь угодно мажористых, бывали идеалисты, которые тогда, в начале нулевых, действительно верили в возможность построения правового государства. Такого, где бы принимались разумные и толковые законы, а главное — исполнялись.

Я чувствовал себя несносным старым циником в спорах с ними — но не мог игнорировать это прекраснодушие. Ведь потом суд истории мог бы поставить мне на вид, что я наблюдал рядом с собой личинку юриста, верящую в силу права — и не вправил ей мозги.

Сразу оговорюсь, я — ни в коем случае не сторонник «права сильного» или «закона джунглей». Во всяком случае, персоны, уповающие на «право сильного», очень быстро приходят к печальному пониманию, что они не являются «сильными», to begin with, да и настоящие джунгли — устроены немножко сложнее, нежели «Шерхан всегда прав». Это сбалансированная экосистема.

Но вместе с тем я нахожу крайне наивной ту гипотезу, что будто бы можно сколько-нибудь вразумительно и исчерпывающе описать процедуры разрешения противоречий между людьми шершавым языком законов — и каким-то магическим образом заставить всех людей неукоснительно соблюдать те законы.

По хорошему счёту, я вообще не видел в жизни ни одного закона, который находил бы полностью удовлетворительным. Даже в «Русской Правде» - много мутноватых мест.

Да что говорить — и в Конституции США, уж на что умные люди её составляли, многие пассажи могут трактоваться неоднозначно. Взять ту же Вторую Поправку. Иные махинаторы пытаются извратить её смысл так, что будто бы на самом деле она не гарантирует гражданам право на пистолетики, а как по мне — она гарантирует и право на создание гражданами частных армий с бронетехникой и авиацией, и именно таков её смысл, просто во время написания не было терминов armor и aircraft. Но под словом Arms следует понимать не «ружья-пистолеты», а «оружие», «военные средства», без ограничений.

Иные же юридические концепции — на вид будто бы совершенно исчерпывающи, и звучат очень мило, но на практике — неприменимы, увы.

Взять ту же «презумпцию невиновности».

В максимально развитом своём выражении она представляет триаду.

«Никто не может быть признан виновным без решения надлежащего суда».

«Бремя доказывания вины лежит на обвинении».

«Все сомнения толкуются в пользу обвиняемого».

Да, очень миленько. Но если выполнять эти положения буквально и в полную силу — очень быстро получим абсурд.

«Ваша честь, я не помню, как грабил банк. Охотно верю, что меня видели с пистолетом десятки свидетелей и со стороны это смотрелось ужасно, но я этого не помню. Ведь последнее, что я помню — это как мне повстречалась на улице женщина с пронзительными чёрными глазами, возможно, цыганка, заглянула этими своими чёрными очами в мои смущённые — и всё поплыло. Дальше — всё, как в тумане. Так что, если я что и делал нехорошее — так, верно, по её дьявольскому наущению. Они умеют подчинять таких доверчивых простых парней, как я, ваша честь».

Ну и доказывай, что он лепит горбатого. Вызывай экспертов, которые будут рассуждать о пределах возможностей гипноза. Это может очень увлекательная получиться дискуссия — хоть по ТВ гоняй. Но — не очень продуктивная. Ибо можно обсуждать известные возможности известных всяких Мессингов — но кто может поручиться, что не бродит по миру загадочная цыганка, далеко превзошедшая всех гипнотических эстрадников?

Однако же, думаю, понятно, что ни в какой стране, самой расчудесной в плане защиты прав подозреваемых, грабитель, взятый на месте с дымящимся пистолетом — не сумеет отделаться сказочкой про месмерическую цыганку?

Так или иначе, написано то в законе или нет, объективная сторона дела будет оцениваться сообразно реалистическим вероятностям, а не теоретически возможным. И сомнения будут приниматься лишь при условии, что они «разумные». А это означает: «такие, которые готов принять разумный человек в меру своего разумения жизни». Фактически же, это означает, что если версия обвинения выглядит существенно правдоподобнее версии обвиняемого — любые навязываемые защитой сомнения будут отметаться судом.

Но это же означает, что и презумпция невиновности никогда не действует в абсолютном, максимально провозглашённом своём виде, а действует лишь постольку, поскольку высказываемые сомнения и контрдоводы не противоречат некой усреднённо разумной картине мира, которая считается правдоподобной.

Однако ж, важны даже и не хитросплетения юридических конструктов. Что действительно не позволяет существовать всецело правовому государству — так это сам характер тех функций, на которые оно претендует.

Нет, бесспорно, можно неукоснительно придерживаться закона в таких сообществах, где самая серьёзная задача полицейского — сделать выговор малолеткам, рисующим граффити на публичных зданиях. Да, здесь можно обойтись без полицейского произвола и мусорского беспредела.

Но даже в самых мирных, благопристойных и тихих сообществах — могут возникать проблемы посерьёзнее. Даже когда не рождённые внутри такого сообщества — они могут прийти извне.

Ведь есть (и всегда были, и всегда будут) люди, готовые на риск, аферы и даже насилие — и на капитализацию своей такой готовность.

Они могут и не быть в чистом виде маньяками — но они намерены зарабатывать на своём презрении к закону и своей отмороженности.

Поэтому, что бы ни было запрещено в этом обществе, но пользовалось бы каким-то спросом — тем они и будут заниматься.

Запрещена наркоторговля? Значит, наркоторговля. Запрещена проституция? Значит, сутенёрство. Запрещен или чрезмерно обременён импорт каких-то товаров? Значит, контрабанда.

Всё(!) разрешено в этом наилиберальнейшем из сообществ? Ну, похищение граждан с целью продажи в рабство заграницу — наверное, всё-таки не приветствуется? Значит, именно этим отморозки и будут заниматься.

Ну и тут выбор полиции — как она намерена себя вести. То ли уживаться с этими отморозками, за долю малую — и на этом, естественно, можно закончить разговор о «правовом государстве». То ли — бороться с ними. По-настоящему бороться.

Однако ж, когда твои противники — не тинейджеры, граффитящие стены, а отморозки, капитализирующиеся на своей отмороженности, бороться с ними не так-то просто. Каковы б ни были бюджеты у тебя — у них тоже есть деньги. Они же не просто так маньячат, а ведут сверхприбыльные криминальные бизнесы.

И что хуже того, они — преступники, существа внезаконные, потому по определению «конспиративные».

А правоохранительная система государства — что ж, она может, конечно, иметь некоторое количество высокопрофессиональных оперов, в том числе «конспиративных», работающих «под прикрытием», но основу этой системы — составляют, в общем-то, клерки. Следствие, прокуратура, суды — всюду вполне обычные ребята и девчата, которые весьма на виду, на которых очень легко собрать установочные данные. На них — и на их близких. А реальные отморозки — они же ведь могут не погнушаться никакими средствами давления.

И речь может не идти даже о горделивом седовласом судье, выбранном на свою должность за непреклонную отвагу. Возможно, на такого и не получится надавить. Но зачем — когда есть девочки в канцелярии суда, в помощницах и секретарях, они могут, при должной мотивации и сноровке — как-то вот так подменить пару страничек в деле, отчего оно гарантированно рассыплется. В условиях, конечно, честного правосудия, где суд следует закону, а не «классовому чутью».

В действительности, люди, обожающие рассуждать о свирепости и беспощадности такого молоха, как государственная правоохранительная машина, - не понимают, насколько она в действительности уязвима, когда состоит из вполне себе живых винтиков, которые, в большинстве своём, предпочитают жить, а не наоборот. И у которых есть семьи, дети и родители, и всё это — очень трудно обезопасить.

По хорошему счёту, это вовсе нереально — обезопасить всех сотрудников и их близких, взяв их под охрану. Ибо тогда и охранников, и их семьи — тоже придётся брать под охрану. И вопрос будет даже не в том «кто работать в стране будет?», а в том - «где взять столько чёрных очков и раций?»

Если же обещать, что в случае нападения на сотрудника или его близких будет проведено полное и всеобъемлющее расследование, в рамках закона, конечно, виновные будут найдены (возможно) и понесут наказание (если на их процессе у секретаря суда не похитят дочку и из дела опять не пропадёт пара страничек) — это слабое утешение, в таком обещании.

Поэтому, так или иначе, когда правоохранительной системе приходится иметь дело с действительно серьёзным противником, с действительно решительным и жестоким противником — там не могут действовать ни «принципы неукоснительной законности», ни «законы мирного времени» вообще. Ибо это война. И самое коварное её свойства — что без линии фронта и без знаков различия. Вернее, у ментов-то есть форма, звёздочки... часы работы, часы ухода домой, а с противной стороны — всё куда гибче.

И это совершенно неравные условия — с турнирной пикой и с открытым забралом бросать вызов тем, кто предпочтёт поставить адскую машинку на карету дамы твоего сердца.

Вполне закономерно, что на беспредельные угрозы — отвечают тоже довольно беспредельно. Что мы называем «расширенной необходимой обороной».

Ну действительно, когда на тебя наезжает в тёмном переулке какой-то гопник с ножом — ты его пристрелишь, и вся недолга, и это обычная необходимая оборона.

Но когда некий солидный мафиозный дон намекает тебе, что может случиться нечто нехорошее с твоими близкими, если не прогнёшься под его требования — тут как бы нет непосредственной угрозы. Но это ж и не гопник из переулка. Это человек, который, как предполагается, должен соображать, чего говорит. Ну или — его преемник будет лучше соображать, чего говорит. И это — расширенная необходимая оборона.

Отношения между игроками в обществе — выстраиваются порой настолько тонко и вычурно, что там нет всегда бывает место его прямолинейшеству Закону.

Вот ты — мент. Ты взял наркокурьера с парой кило гера. А тут тебе намекают, что если не отпустишь да не сольёшь дело да не вернёшь товар — то у тебя будут неприятности. Мы знаем, в какой садик ходит твой сын.

И ты в принципе знаешь, на кого работает этот курьер, можешь даже знать, где особняк этого хрюнделя — но не он же лично и не со своего адреса тебе угрозы шлёт. У тебя нет никаких законных оснований или полномочий, чтобы на него наехать всерьёз, чтобы чего-то ему предъявить, чтобы упечь его в СИЗО (но даже и в этом случае — ты прекрасно понимаешь, что он сможет рулить своими шестёрками и оттуда).

Но зато у тебя, простого мента, есть друг, который иногда выручает. Этакий Карлсон, живущий на крыше. Чёрт его знает, на какой крыше — но, вероятно, очень высокой.

И этот друг идёт к хрюнделю в особняк и говорит ему: «Слышь, брателло — а ты ничего не попутал? Может, не надо вот так вот внаглую мусоров кошмарить? Этот чел — просто сделал свою работу. Это игра такая. Вы — возите гер, он — ловит. Твоему ишаку не повезло. Но это не повод трогать мусора. Он Людям нужен».

После этого у хрюнделя — один вариант правильного ответа (без права на ошибку, звонка другу или помощи зала). И это вариант - «Я не знаю, кто на мусора наезжал, кто ему угрожал — но не я точно. Я не псих, я понимаю правила игры и реалии жизни. Меня подставляют. Наверное, те, кто ишака моего мусорам сдал. Лбами нас столкнуть хотят».

Это может быть правдой, а может и нет (хотя с опытом — учишься различать, когда тебе врут). Но это доказывает, что хрюндель всё-таки не рассорился с мозгами и, по крайней мере, соображает ещё, какую видимость нужно подчёркивать.

Но если он начинает быковать, типа, я теперь здесь круче тучи, я надо всеми нависаю, мусорам на фуражки кислотный дождь проливаю — ну, тут можно только вежливо распрощаться. А через день-два — этого хрюнделя не будет быть.

Это — совершенно незаконно, этого не должно быть ни в каких законах. Что вот, мол, для обычных граждан обычный порядок, протокольный, а для поехавших мозгами опасных быкующих хрюнделей в законе — порядок «тонтонмакутский».

Разумеется, никакой активности эскадронов смерти или «тонтон-макутов» - не должно быть в сколько-нибудь официально признанной концепции. Это всё имеет смысл — только лишь если глубоко незаконно, решительно осуждаемо, а потому — должно быть секретно и «беспалевно» (это — юридический термин, sort off).

Но тем не менее, я не скажу «с волками жить — по-волчьи выть» (ибо жизнь с волками — прекрасна, Фарли Моуэт подтвердит, но среди людей — слишком много шакалов и гиен). Но я скажу, что а ля герр ком а ля герр, всё же. И если противник может нанести внезапный и подлый удар по твоим людям (включая дружественных ментов) — разумно нанести упреждающий удар по нему. Расширенная необходимая оборона.

И вот дружественные менты меня порой спрашивали: «Дядя Тём, а ты всё же реально фэбэс — или реально бандит?»

Я пожимал плечами: «Какая разница? Вот серьёзно, что изменится в твоём мире, каков бы ни был мой ответ? Или ты считаешь, что если твои проблемы решает реальный офицер ФСБ — ты становишься хоть немножко менее преступником в глазах закона? Но вот тебе непременно нужно услышать, что твои проблемы решает бандит, выдающий себя за офицера ФСБ?»

Такая же у меня реакция бывает, когда вновь пришедший читатель вопрошает: «А вот это вот всё, про «Корпорацию, к которой я имею честь принадлежать» - это у товарища серьёзно так чердак протекает, или дурака валяет?»

Ну, вообще-то, сооружая приветственное слово на своей странице — я не думал, что после него какие-то вопросы останутся. Собственно, я и сооружал его для того, чтобы никаких вопросов не оставалось касательно моей страницы.

Могу лишь дополнить, что есть такой довольно забавный школьный фильмец девяностых, Faculty. Что у нас надмозги переводили как «Факультет», но вообще-то - «Педсостав». Там ещё совсем юный Фродо Бэггинс фигурирует в роли «буллингуемого» ботана-омеги.

И там высказывается такая мысль, что пришельцы намеренно зафлудили Землю книжками-страшилками про своё вторжение — чтобы никто не воспринимал это всерьёз, когда вторжение на самом деле состоится.

Но это, конечно, стёбная такая псевдонаучная фантастика, этот фильм.

Ну и я не имел в виду, что цель моих сетевых развлечений — в том, чтобы нашу Корпорацию не воспринимали всерьёз, когда будет слишком трудно вовсе не замечать нашего присутствия. Вот тогда — уместна будет ухмылка: «Ага, я тоже читал эту пургу от этого, как его... Херье, что ли?»

Но мы — не пришельцы. Во всяком случае, не «улейного» типа с маткой во главе. Буржуазные индивидуалисты.

И мы бы рады были, если б люди бывали добры друг к другу, но притом верны данному слову, а не стремились кидать и подставлять друг друга.

Большинство людей — собственно, и есть вполне добропорядочные. Им даже нравится быть добропорядочными.

Но всегда в любой популяции будут отморозки — которые будут стремиться злоупотреблять мягкотелостью общества и беззащитностью официальных правоохранителей.

В крайних случаях — это всегда будет требовать действия со стороны не вполне официальных защитников... не закона вовсе, но, скажем так, положняков и понятий на тему того, как тот закон правильно пользовать, чтобы не проливать каждый раз по-новой реки крови (и не причинять бессмысленный ущерб).

И как по мне — это и замечательно, что система общественных отношений, во всей её прекрасной сложности в развитом буржуазном социуме, не может описываться и руководствоваться только лишь законом (хотя в присутственные места — конечно, нужно притаскивать только его).

Но вне присутственных мест — да, разумеется, возможны и кинжал, и гаррота, если кто-то слишком сильно оборзел. Что, разумеется, незаконно, и ни в коем случае не должно быть — но это неизбежно и в целом благотворно.

Однако ж, возможен и такой вариант, при котором полиция вообще не затрудняется поиском эффективных путей противодействия преступности — а просто делает вид, что у неё практически нет преступности (не без долевого участия в доходах, думается).

Типичный случай — Роттерэм в Англии, где годами пакистанская мафия сексуально эксплуатировала малолеток, а полиция закрывала глаза, якобы «боясь быть обвинённой в неполиткорректности».

Да нет, если у тебя в городе какие-то охреневшие чуркобесы (никакого расизма — это про свойства души конкретно этих уродов) насилуют малолетних дочек твоих соседей — не надо давать повод к обвинению тебя в «неполиткорректности».

Да просто наденьте маски, возьмите стволы, зайдите в логово этих уродов — и переебашьте их там. А потом — свезите трупешники на болото и захороните там, как не было вовсе. Что в этом сложного?

Но реальная сложность — в том, что в Англии (как и в России) слишком много малолетних девочек готовы ублажать клиентов в борделе, чтобы заработать себе на новый-понтовый смартфон, и есть паки, которые организуют сутенёрский бизнес, и есть копы, которые искренне не знают, стоит ли им вмешиваться в эти дела, когда, вроде, все там довольны, включая и девчонок, и паки, и копов, которые тоже долю имеют.

Я на этот счёт давно выработал полезную максиму: «Никогда не делай добрые дела — если тебе их не оплачивают авансом».

Во всяком случае, если про насилие речь идёт.

Вот видишь, как муж с женой дерутся на людях, или как две полупьяные девчонки сцепились, а уж тем более два парня — не вступайся ни за кого, не разнимай, не встревай.

И — всегда встреваю. Во всяком случае, когда вижу, что сейчас они там покалечить друг друга могут. Хотя, казалось бы, какое мне дело?

Такие мы противоречивые бываем существа, Люди. Даже самые рациональные из нас, вроде меня, не всегда можем обосновать, на кой хрен ввязываемся в чужие разборки.

А кто-то хочет — чтобы в законах могло быть описано и прописано, как людям себя вести или не вести.

Уж это — точно абсолютно ненаучная фантастика. Люди никогда не будут жить «всецело по закону». И это свойство людей — главное возражение против бомбардировки нашей планеты «спорами смерти».





Tags: обо_мне, философия, юрисперденция
Subscribe

  • Поздравление Маску и Спейсам

    A perfect day to go banana-fishing — как, возможно, сказал бы Джером Сэлинджер. Да, многое из того, что продвигает Маск —…

  • О мирном протесте

    Решил по-настоящему приударить за испанским, всё-таки выучить его наконец так, чтобы не путать por и para или индикативо и субхунтиво.…

  • Пара слов о протестах и перспективах

    Гостил у нас нынче князь А., старинный мой приятель. Он — либерал в «исконном», правильном смысле. Гоббс-Локк, «государство…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments