artyom_ferrier (artyom_ferrier) wrote,
artyom_ferrier
artyom_ferrier

Category:

Незагрузно о грустном (или как получится)

Чего-то в последние дни я немножко зарубился над этой керченской историей.

С одной стороны — потому, что меня раздражает бред, который звучит из разных «лагерей» по данному поводу. Я уж не беру всю эту конспирологическую байду, что «ватную», что «антиватную», про «тщательно спланированную провокацию могущественных злых сил», но просто вот в каждом таком случае — бесит уровень обсуждения.

«Мы должны понять, кто виноват в том, что мальчик пошёл на это. То ли игрушки, то ли киношки, то ли пропаганда, то ли семья, то ли школа, то ли недостаточное внимание сверстников, то ли избыточное внимание сверстников (выражавшееся, правда, в его чморении и травле)».

Гхм, как насчёт того, чтобы предположить, допустить хоть на секундочку, в порядке сверхсмелого мысленного эксперимента, что восемнадцатилетний «мальчик» - может быть и сам немножко виноват в том, каков он есть и что вытворяет?

С другой стороны, если он до восемнадцати лет не научился любить и ценить людей (включая себя) — может, они действительно в этом виноваты хоть немножко?

Ну вот им раз за разом преподаются один и тот же урок. А именно, что если маньяк, слетевший с катушек, захочет их переебашить — он придёт к ним с волыной и будет ебашить пачками. И никакая, самая лучшая, самая эффективная полиция — в принципе не сумеет ни предотвратить это, ни вовремя вмешаться (даже если половину национального дохода тратить на содержание полиции и частной охраны). Как никакие самые лучшие спасатели — не успеют эвакуировать всех пассажиров лайнера, тонущего в открытом океане. Нужно иметь под рукой автономные средства спасения и навыки по их применению, чтобы продержаться до прихода спасателей.

Но нет, раз за разом, в разных странах, подобные выходки вызывают обострение клинической хоплофобии. И лишь громче это оскорбительное для разума блеяние: «А давайте узестоцим олюзейное зяконодательство... сьтобы ни у кого у законопослушных добропорядочных граждан уж точно, гарантированно не было в публичных местах хоть каких-то, хоть сколько-то реалистичных средств самообороны против маньяков».

Что ж, неудивительно, когда, слыша это блеяние, очередной запальчивый юноша начинает испытывать презрение к человечеству и решает: «Ну, раз вы по жизни такие бараны — значит, так с вами и надо поступать!»

С третьей же стороны — порой немножко пугает, что будто бы начинаешь понимать таких своеобразных хулиганствующих юношей. Не то, чтобы сочувствовать — но... как бы это объяснить?

Мы все, и я, и мои коллеги, и мои близкие — так или иначе очень дружны с оружием. И у нас не вызывает никакого шока мысль о том, что его приходится (или придётся) применить для защиты от агрессии. Если при этом агрессор будет уничтожен — это, возможно, печально, но закономерно. И уж точно, когда вышиб мозги тому, что хотел вышибить мозги тебе — нет причин следовать киношным штампам и бежать блевать в кусты, а потом полгода ходить на «психологическую реабилитацию». Ибо — тебе не от чего реабилитироваться. Ты же не младенцев резал и не старушек душил.

Ну и это, в нашем воззрении — ментальность нормального человека. Для нас звучит как несусветная глупость расхожие уверения вроде: «Нет, он бы никогда не смог убить человека, он не такой».

А какой? Юродивый, что ли? Психически нормальный человек — запросто может убить себе подобного, двуногого, лишённого перьев, если это враг, если это угроза, если нет другого выхода (хотя обратить поверженного врага в рабство — конечно, и гуманнее, и предпочтительней его уничтожения).

Поэтому, естественно, на хоплофобов — мы смотрим как на очень сильно деформированных, ментально и психически увечных людей. Которые бывают порой вроде бы и разумные во многих отношениях, но как дело доходит до применения насилия, даже для явной самозащиты — они перестают использовать мозг, они начинают «думать» какими-то истерическими импульсами и иррациональными комплексами.

То есть, я готов признать, что некоторые хоплофобы могут, с оговорками, входить в те пять процентов популяции, которые всё же не являются просто идиотами, в отличие от тех 95%, которые, как известно, являются, но истинно полноценные гомо сапиенс сапиенс — это, конечно, только люди моего склада (и я не говорю, что только самцы и только блондины: воздержимся от расизма и сексизма... поскольку бывают и негритянки, качественно выточенные из ребра).

И вполне понятно, что при таком сознании своего снобизма, элитизма, нарциссизма и даже солипсизма — неизбежно возникает вопрос: а насколько велика вероятность, что у меня самого, или кого-то из моих друзей-близких, снесёт планку и это выльется в бойню «всяких жалких людишек, которые недостойны быть пылью под моими ногами».

Ну, вовсе не задаваться таким вопросом — это быть идиотом. Как сказал профессор Ганнушкин, «Если тебе кажется, что ты не можешь ебануться — значит, ты по жизни ёбнутые». Вернее, он сказал про «нет здоровых, есть недообследованные», но смысл тот же.

И конечно, этот вопрос — особенно остро встаёт при каждом очередном таком случае, когда вроде бы вполне нормальный парень, не замеченный ни в каком асоциальном поведении (и мы в действительности не знаем, правду ли глаголет та бабушка-соседка, что он будто бы ловил и душил кошек лет в шесть-семь, или вообще всё перепутала, или просто решила хоть чего-то наболтать для ТВ) — берёт ружжо, делает бомбы и валит кучу однокашников.

Это — абсолютно аномальное поведение.

Нормальным считается — когда, скажем, ты готов в восемнадцать лет убивать совершенно незнакомых и предположительно хороших людей пулями и бомбами, но — по уважительной причине. Вроде того, что они носят униформу другого фасона. И «ихний» царь показал «вашенскому» царю фигу — а потому: «Не простим обиды, живот покладём, а врагов накажем».

Но когда без приказа, когда просто вот стукнула моча в голову, пострелять однокашников и самому выпилиться, - ну, конечно, сдвиг по фазе. Который, правда, никак, практически «не ловится» до того, как реально даст о себе знать.

Вот идиоты говорят: «Да за ним должны были пустить наружку уже тогда, когда он купил аж 150 патронов картечи в магазине».

Да с чего бы? Наши ребята, включая моих «невольничков», когда с шотганами работают — за одну тренировку много больше тратят (а с пестиками и автиками — так и в разы больше).

Ну и, собственно, я хотел-то рассказать припомнившийся анекдот про одного из моих «невольничков». Это пацаны, которым светил реальный или хотя бы условный срок за не слишком одиозные «злодеяния» (в основном — кражи, грабёж, угон, эксцессы в драках, где хрен поймёшь, кто первый начал), а я выкупаю их у дружественных ментов, проплачивая развал дела — чтобы они отрабатывали долг, с их согласия, и их там — не только картошку окучивать учат, а много чему, буде желание.

И вот очень способный, очень перспективный был юноша — Виталик. Попал ко мне в пятнадцать с небольшим, а к семнадцати уже практически как родной был. И там он чётко шёл в нашу Агентуру («опера», по-мусорскому если), но тут возникли проблемы с его любимой барышней в его городке. Ну, у них там, типа, ещё до его ареста была любовь-морковь, а теперь он узнал, что она снюхалась по Сети с каким-то канадцем и ему женой быть желает.

Вознамерился съездить, промыть мозги, обещал, что «никакой жести» - я отпустил, конечно. Да он уже и вольный практически человек был. Казалось, что нет надобности его контролировать. Напрасно казалось.

Ибо поступает мне в два часа ночи звонок от него. Я-то не спал, а он — еле-еле языком ворочает, явно очень угашенный. Изрекает достопамятную фразу:

«Тём, я, ты будешь смеяться, но я, кажется, нечаянно взял в заложники двух ментов».

Говорю:

«Смеяться не буду, уже оборжался. Ну так отпусти их с богом!»

«Не могу. Я был... блуждающим биороботом, а тут очнулся в кафешке-стекляшке, у меня в руках автомат, на полу два мента в наручниках, снаружи — сплошные сирены, мигалки, мегафоны. Они меня убьют, если сдамся сейчас».

Что характерно, он весьма точно описал ситуацию. И потом — удалось восстановить предысторию.

Он заявился к подруге, чтобы приворожить обратно, но она уже укатила в Чехию на встречу со своим канадским женихом.

Виталик с горя нажрался (что позволял себе крайне редко), затусил с какой-то компашкой в парке. Он их угощал бухлом и сорил баблом, они его подогрели косяком со спайсами под видом нормальной травы (вот я за легалайз наркоты — но наркоты известной, тысячелетиями опробованной, а не китайской синтетической херни, которая каждую неделю меняет формулу и хрен знает как вообще может сказаться на здоровье и психике).

Виталик уснул на лавочке в парке — и до него докопались пепсы. Обошлись не очень учтиво, огрели дубинкой по спине, после чего оказались разоружёнными и постанывающими на асфальте. Этого — Виталик не помнил наглухо, но пепсы помнили.

Водитель экипажа — вызвал подмогу. Виталик, всё ещё ничего толком не осознавая, сковал этих двоих парами наручников за спиной и, прикрываясь ими, дав пару очередей в воздух из добытой «ксюшки», оттащил в то кафе-стекляшку. Где ментов усадил на пол, а для себя оборудовал место за барной стойкой с кассой. Причём, приморочился привалить её с разных сторон массивными «псевдогранитными» столиками, ибо барная стойка — спасает от пуль только в вестернах, а тут — хоть какая-то вероятность рикошета.

При этом, пепсы, побывавшие в заложниках, уверяли, что Виталик был явно не в себе — но при этом совершенно незлобивый. Уверял: «Парни, к вам — никаких претензий. Это всё гораздо более высокий уровень, трафик чужих невест в Канаду».

Окончательно пробудился — когда там через мегафон к нему начальник полиции (РОВД, не важно, это совмещается) того городка обратился. Тогда-то попросил пять минут — и позвонил мне.

А я — этому оберменту, с которым был знаком. Убедил, что парнишка ничего не сделает, если не пытаться идти на штурм. А если пытаться — сделает такое, что три недели не будешь сходить с федеральных новостей, и всё это время думать, надо ли оно тебе было. Но сейчас подъедут наши и всё порешают.

И подъехали, и порешали. Ментам — естественно, оплатили «беспокойство». По десять косарей заложникам, тридцатку — оберменту. Виталика, из соображений гуманизма, спросил Гарик, мой первый зам, сам бывший муровец-убойник: «А ты точно хочешь к Артёму, а не к ментам?»

Но это сложный для меня был вопрос, что делать с парнем после такого лютого залёта. Ну, хоть как-то уши надрать — это само собой. И долг повесить — естественно.

Однако ж, он вот даже под воздействием очень стрёмных этих спайсов — никого не замочил, сохранял пусть «роботическую», но здравость действий. А если б у него башню повело так, что он бы пошёл целенаправленно мочить ментов — это подумать страшно, даже притом, что у него глазомер и реакция под наркотой не идеальные. Но всё равно гораздо лучше, чем у среднестатистического мента, и тактику он чувствует — да он бы половину там личного состава РОВД вынес.

Поэтому решено было, дав Виталику по ушам, всё-таки зачислить его в Агентуру. А сейчас, по прошествии лет, — он начальник охраны моей семьи. Да, парень, который в семнадцать, будучи в состоянии «блуждающего биоробота», оборудует свою позицию в кафе-стекляшке так, что хрен снайпера выставишь, - он имеет некоторые задатки хорошего координатора охранных усилий, в случае чего.

Но, естественно, это возможно только потому, что он никого не убил «всуе». Даже — будучи под лютой наркотой.

И я всегда считал, что Виталик — хороший пример для моего сынишки, Лёшки. Что как бы ты ни удолбался (намеренно или случайно) — ты всё равно должен быть хозяином себе и своей воле. Во всяком случае, в вопросах, касающихся жизни и смерти.

Но Лёшка — это отдельная тема. Я его сотворил (не без помощи иных небезучастных людей, начиная от Женьки, Гражданки Мамы) — а сейчас иногда побаиваюсь, когда ему только-только стукнуло пятнадцать.

Ибо он-то уж, если вдруг задумает некий «армагеддон», никак этого не проявит предварительно. Он слишком умный, слишком артистичный, слишком выдержанный.

И вот об этом по-настоящему приходится париться. Не о том, что мы станем «жертвами». А о том — что мы можем, тихо шифером шурша, стать исчадиями Ада :-)

Поэтому с Лёшкой — я проводил курс бесед на тему того, как правильно вести себя с одноклассниками. Чтобы не копить агрессию внутри себя.

Он, правда, сказал, что «в вашем пионэрском детстве все на голову больные были, когда галстук затруднял доступ кислорода к мозгу» - и это ровно то, что я хотел от него услышать.

Но об том — в другой раз.

Tags: Крым, криминал, оружие, психология, философия
Subscribe

  • Ваксеры, антиваксеры и перспективы

    По-прежнему не хочу влезать в дискуссию прививочников и антипрививочников, ибо не хочется ссориться с достойными людьми, кои водятся в обоих…

  • О достойной смерти

    Да, я написал давеча пост о том, что предпочёл бы, в случае школьного шутинга, видеть своих детей вооружёнными и гордыми — и вспомнил, что…

  • Ксенофобия и логика

    Не раз доводилось слышать примерно следующее: «Вот есть люди, которые говорят: «Я, вообще-то, не антисемит, у меня даже есть…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments

  • Ваксеры, антиваксеры и перспективы

    По-прежнему не хочу влезать в дискуссию прививочников и антипрививочников, ибо не хочется ссориться с достойными людьми, кои водятся в обоих…

  • О достойной смерти

    Да, я написал давеча пост о том, что предпочёл бы, в случае школьного шутинга, видеть своих детей вооружёнными и гордыми — и вспомнил, что…

  • Ксенофобия и логика

    Не раз доводилось слышать примерно следующее: «Вот есть люди, которые говорят: «Я, вообще-то, не антисемит, у меня даже есть…