artyom_ferrier (artyom_ferrier) wrote,
artyom_ferrier
artyom_ferrier

Category:

Зачем нужны ката в карате

Мне много раз доводилось слышать этот вопрос, особенно же — когда я в юности был сэмпаем, то есть, старшим учеником, помощником сэнсея, и вёл начальную группу. Особо замечу, «начальная» - не по возрасту. До детишек меня, самого тогда ещё школьника, не допустили бы даже при всех чудачествах, что бытовали в российском ногомашестве в начале девяностых (да и сейчас). Нет, это были ребята (и девчата) от шестнадцати и старше (порою — сильно старше), очень «пёстрые» по уровню физподготовки, а «начальность» подразумевала лишь то, что они прежде не имели знакомства конкретно с карате, но решили познакомиться, поскольку это было «модно».

Ну и вот от этих ребят, среди которых были и боксёры, и самбисты, доводилось слышать ропот того рода, что нахера мы тратим столько времени на разучивание этих самых «ката», на эту «хореографию». Когда это довольно сомнительная физподготовка как таковая (только крадёт время у отжиманий-приседаний-подтягиваний), сомнительна и польза в плане разучивания специфических каратистских ударов и блоков (их-то оттачивают по отдельности либо в произвольных комбинациях, а не в «запрограммированных» формальных каскадах).

И мне говорили: «Только не вздумай рассказывать, что эти ката имеют боевую ценность, что они доводят до автоматизма противодействие аж целой группе противников».

Некоторые «учителя» впаривали и такое — но, конечно, это полная чушь. И бой с одним-то оппонентом, что спортивный спаринг, что, тем более, уличная драка — это сплошная импровизация. Там нет и быть не может каких-то заранее заученных, запрограммированных последовательностей движений. Нет, всё зависит от действий противника.

Поэтому, скажем, когда проводишь самую элементарную ударную комбинацию, двойку в боксе — первым-то движением обычно будет джеб, быстрый прямой удар с «передней» руки, просто чтобы «завладеть инициативой», заставить противника как-то защищаться, а дальше — в зависимости от того, как именно он защищается. Может быть и кросс (длинный прямой с «задней» руки), а может быть и хук (боковой), если оппонент решил уклониться так, что напрашивается на него. Выбор, естественно, делается за доли секунды, но нельзя сказать, что последовательность «запрограммирована». А может быть и так, что видно: мощный второй удар лучше вообще не проводить, а то на встречку нарвёшься, когда перед тобой не лох.

То же — и в любой борьбе. Да, везде есть набор приёмов (и, в общем-то, близкий), но вот какой приём когда проводить, и пытаться ли провести вовсе — зависит от ситуации. Сцепились, оппонент давит на тебя, прёт вперёд — значит, можно попробовать поймать его на переднюю подножку или швырнуть через бедро, используя, частично, его собственное усилие. Наоборот пытается высвободиться из клинча, отклоняется — значит, следует помочь, поставить заднюю подножку. Всё — опционально. Попытка же бездумно провести какую-то заданную последовательность движений, когда оппонент — не тряпичная кукла и даже имеет наглость сопротивляться, приведёт в лучшем случае к затяжному пыхтению, а скорее — ты вымотаешься, и он, улучив подходящий момент, сам тебя швырнёт.

То же — и в карате, когда доходит до дела. Ей-богу, в поединках, кумите — никто не исполняет ката, никто не двигается, как в ката (только в малобюджетных фильмах). Вернее, попробовать можно, но, думаю — секунды через три всё будет кончено. А так-то — никаких предопределённых последовательностей движений. Сплошная импровизация. Где «враг» открылся — туда и пробиваешь. Ну и стараешься, конечно, «финтить», имитировать угрозы, спровоцировать на защиту в одном месте, чтобы упустил из виду другое. Или - «заманивать», провоцируя на удар, чтобы поймать на контратаке.

Значит ли это, что ката в карате (и «формы» в кунгфу) совершенно бесполезны? Ну, если говорить откровенно, то для боя — да. Но в целом... это неоднозначный вопрос.

Тут важно знать и понимать историю карате. Мне в своё время поведал её наш сэнсэй, Михалыч, а он был эксперт в вопросе, поскольку в своё время побывал на Сахалине, где знал одного парня, который видел живых японцев. Ладно, не буду слишком злобствовать: в действительности Михалыч и сам видел живых японцев во Владике, и читал много книжек по теме, и в целом-то был реально хорошим бойцом и толковым учителем.

Ставши сэмпаем — я сам рассказывал неофитам историю нашего боевого искусства, правда, опуская некоторые детали. Ну потому что излагать всё, как было на самом деле — это всё равно что детям рассказывать сказку с такими подробностями, как: «И прекрасный принц, увидев лик принцессы на медальоне, запирался с ним в туалете, где подолгу мастурбировал». То есть, может, это и правда, но в легендарном варианте - «Возлюбил с первого взгляда и исполнился решимости освободить её из Чёрной Башни».

То же — и с боевыми искусствами, овеянными славой прежних дней. Люди приходят, в том числе, за красивой легендой, желая приобщиться к изысканной ориентальной культуре, а не просто чтобы научиться морду бить (для этого есть кабацкие драки).

Но сейчас-то я расскажу историю карате, ничего не утаивая.

Итак, вот есть такой остров, Окинава. Он находится между собственно японскими островами и Тайванем. Поэтому он играл очень важную роль в контактах между Японией и Китаем, и там оседало много переселенцев с континента, бежавших от той или иной гражданской войны в Поднебесной. В числе прочего, они занесли туда и традиции китайского ногомашества, кунгфу.

Да, само слово «карате» - изначально означало «китайская рука». Но потом японцы решили, что это недостаточно «скрепно», и сделали вид, что «кара» в данном случае - имеет значение омофона, «пустая рука». Даже иероглиф подменили.

Вернее, это сделали даже не японцы, а окинавцы. А формально это было независимое королевство Рюкю. Но в начале семнадцатого века случилось страшное: один из японских кланов, выступавших по поручению сёгуна, вынудил Рюкю признать вассальную зависимость.

Естественно, свободолюбивые окинавские крестьяне были возмущены до крайней степени таким вопиющим попранием суверенитета своего королевства. С тех пор они стали готовиться к национально-освободительной борьбе, усердно занимаясь боевыми искусствами.

Дело осложнялось тем, что феодальные японские порядки воспрещали крестьянам иметь оружие и доспехи. Иначе, понятное дело, крестьяне сразу же обзавелись бы катанами, вакидзаши и до-мару. Конечно, сталь в Японии тогда стоила чуть ли не дороже золота, по причине очень скудных естественных запасов и хренового качества руд (отчего и требовалась такая муторная многослойная проковка клинков), - но окинавских крестьян, исполненных решимости бороться за свою независимость, не остановили бы цены на военное снаряжение. Их мог остановить только запрет на обладание им, поэтому и пришлось учиться воевать голыми руками.

Ещё же дело осложнялось тем, что, по историческим документам, за весь период вассалитета японский гарнизон на Окинаве никогда не превышал пятнадцати бойцов. То есть, не пятнадцати тысяч — а пятнадцати человек.

И хотя Окинава не очень крупный остров, но всё-таки у свободолюбивых местных крестьян имелись большие трудности с обнаружением на нём своих самурайских притеснителей, присутствовавших там в столь символических количествах.

Возможно, если бы какому-то борцу за окинавский суверенитет посчастливилось найти самурая — он бы, разделавшись с ним голыми руками, и завладел бы его снаряжением. Но поскольку самураи всё никак не попадались — решено было, что использовать в своей борьбе мечи и доспехи — не по фэншую. Только - «пустая рука».

В Японии же в то время — ногомашеством никто не занимался. Самураи всё больше практиковались в мечевом бое, а крестьяне (в отличие от жителей Окинавы, которая была, по сути, «большим портом») были слишком заняты полевыми работами, чтоб иметь досуг и силы на какие-то ещё тренировки.

При этом конфликты случались всю дорогу, сначала — между феодальными кланами за обретение стабильности, потом, с установлением сёгуната — за сохранение стабильности. А чтобы самураев никто не отвлекал от этого захватывающего занятия — с семнадцатого века был введён режим изоляции от внешней торговли, «сакоку». А то ж приплывут эти белые варвары да начнут смущать боевой самурайский дух своими гаджетами и христианством.

Но белые варвары слишком уважали японскую самобытность, чтобы позволить ей существовать как «вещь в себе», закрытой от мира. Поэтому в 1852 году к берегам Хонсю подошла американская эскадра коммодора Перри, и он сказал: «Ребята, мы так любим вашу страну, что просим вас открыть порты для наших китобоев, а свой рынок — для наших товаров. Иначе — начнём ровнять Эдо с землёй».

Конечно, боевой самурайский дух оказал отчаянное сопротивление. Воины сёгуна даже выкатили на берег все свои пушки (то есть, сразу обе) — но выяснилось, что мыши сожрали порох, завезённый голландцами пару веков назад. Пришлось подчиниться.

От такого унижения японцы поняли, что, кажется, немножко отстали в цивилизационном развитии, и уже надо что-то менять. Поэтому в 1860 они сотворили революцию Мэйдзи, ликвидировали сёгунат как феодальный пережиток, потеснили самураев, взяли курс на вестернизацию, индустриализацию и развитие рыночных отношений.

В чём весьма преуспели, и уже в 1872 году окрепли в достаточной степени, чтобы окончательно присоединить к себе Окинаву.

Это вызвало ещё большее возмущение местных жителей — и они с удвоенной энергией бросились заниматься карате, чтобы когда-нибудь оказать сопротивление своим угнетателям. А пока что — устраивали состязания с призами и тотализатором и развивали всё новые школы древнего искусства.

Но вместе с тем — они таки нанесли ответный удар Японии. А именно — привили японцам моду на карате, поскольку, по мере экономического развития, там, помимо самураев с катанами и крестьян с мотыгами, появились и такие люди, которые могли позволить себе ногомашеские хобби. Со временем же — японцы стали считать, что карате — это не китайское и не окинавское историческое достояние, а чисто их фишка.

В целом же, карате — это примерно как гейши. То есть, с одной стороны — неотъемлемая часть самобытной японской культуры, а с другой — это бизнес.

Собственно, любой состязательный профессиональный спорт — это бизнес. Это я говорю безо всякого осуждения, поскольку очень хорошо отношусь к бизнесу, коммерции и свободному рынку — просто констатирую факт.

То есть, спорт может, конечно, быть и просто развлечением. Да изначально-то в английском слово sport (искажённая латынь) то и значило. Но вот именно профессиональный состязательный спорт — он даёт возможности для коммерциализации, и они используются.

Проводится соревнование. Оно привлекает зрителей. Они либо платят деньги за билет, либо просто покупают пирожки и пиво у торговцев (которые платят устроителям состязания, чтобы их допустили на столь выгодное место). Делаются ставки, букмекерские конторы взимают комиссию (и тоже чего-то отстёгивают устроителям). Если общество созрело для рекламы — значит, имеет место и реклама на массовых спортивно-зрелищных мероприятиях.

Победители получают призы, а также респект и уважуху. Родители, видя это, норовят отдать своих детишек в школу, которая выпускает чемпионов, чтобы их дети тоже стали чемпионами.

Ну и вот так это работает.

При этом, конечно, в тех видах спорта, которые связаны с мордобоем, выгодно вкрутить некую романтическую легенду. Типа того, что, вообще-то, это — смертельное боевое искусство, достояние предков, умевших без оружия противостоять вооружённому врагу, отстаивая свою свободу. И обычно никто не спрашивает: «Эти предки — они что, дебилы были, чтобы всю дорогу противостоять врагам без оружия, когда после первого поверженного можно было взять его(!) оружие?» Но таких вопросов люди обычно не задают, а раз легенда продаётся — почему бы не продавать?

Что до «смертельного оружия», то оно появилось у гоминид немножко раньше карате. Как именно — показано в начальной сцене фильма Стэнли Кубрика «Космическая Одиссея 2001». Да, палка, камень — это вещи, которые и без долгих изнурительных тренировок будут в твоих руках смертельно опасны для противника, примерно равного тебе по силе, но не имеющего таких вещей.

Впрочем, и голыми руками — вовсе несложно убить или серьёзно покалечить другого человека. Опять же, безо всяких тренировок.

Ну, скажем, любой нормально развитый ребёнок лет шести знает, что если подойти сзади и захватить сверстника за шею в локоть — то запросто можно придушить. Но по этой причине психически здоровые ребятишки — и не удерживают «стальной зажим» (как мы это называли в детстве), когда товарищ (или даже «неприятель») начал хрипеть и синеть (а лучше, конечно, научить детей вовремя похлопывать ладонью по земле — и реагировать на это).

Но много есть других возможностей убить или покалечить человека, которые не так очевидны. И если говорить правду, все «смертельные боевые искусства» - они не про то, как убивать или калечить. Они про то — как НЕ убить или покалечить соперника.

И первым делом — разумеется, учат тому, куда бить нельзя. Глаза, висок, адамово яблоко, основание свода черепа, пах, коленный сустав. Это может быть слишком травмоопасно или даже смертельно опасно.

Почему об этом заботятся даже в таком жёстком мордобойном искусстве, как карате? Потому, что это спорт и бизнес. И всегда карате было именно этим. Ну плюс — отчасти развивалось примерно так же, как сават, «французский бокс». Из драк в портовых тавернах, где приветствовались в основном удары ногами, поскольку в руках подразумевались ножи.

Уж во всяком случае, к середине девятнадцатого века, когда карате и стало расцветать как самобытное боевое искусство, обзаведясь некими канонами, - оно точно было именно спортивно-коммерческой штукой. Заточенной под состязания. Ибо по-настоящему боевые смертельные инструменты — к тому времени назывались «револьвер» и «винтовка» (а прежде - «меч» и «копьё»).

Когда же это спорт и бизнес — ему невыгодно, чтобы с состязаний то и дело утаскивали бездыханные тушки с проломленными головами и свёрнутыми шеями. То есть, покуда речь шла о стычках каких-то нищебродов-маргиналов на деревенских ярмарках — ещё можно проводить кумите максимально жёстко. По принципу «кто дышит — тот и победил». А в самом крайнем случае — ну, песочком растекшиеся мозги присыпать, да новую пару выпускать. Ибо — кто их считает, тех нищебродов?

Но по мере развития индустрии — бизнес начал диктовать несколько иные требования.

Терять топовых бойцов, на чьё обучение ушли годы — никому не хочется. И родители, отдавая ребёнка в школу, вообще-то, не хотят, чтобы оттуда им его вернули в чёрт знает как исковерканном виде, чтобы потом всю жизнь кормить ложечки рисовым отваром.

Поэтому, чем дальше, тем больше вводилось ограничений, тем мягче становились поединки. Вплоть до того, что победа могла быть присуждена не по факту, а по очкам. За удары прошедшие, но скорее «намеченные», нежели реально нанесённые. Впрочем, и в английском боксе на протяжении истории его развития — происходило всё то же самое. От той манеры, в какой проходили соревнования веке в восемнадцатом — сейчас бы волосы встали дыбом у владельца подпольного клуба с «гладиаторскими боями без правил» (ибо на самом-то деле там будет дофига таких правил, чтобы не приходилось каждую ночь топить в речке тушку очередного лузера, покуда не привлечёшь внимание полиции).

И по мере развития карате как бизнеса — нарастала и конкуренция в нём. Усугублялось и желание подогреть и расширить интерес к нему — особенно, у белых варваров, которые, конечно, нифига не смыслят в ориентальной самобытности, но, кажется, готовы её покупать (и у них есть бабки).

И вот довольно забавно, как уже в двадцатом веке раз за разом объявлялся новый амбициозный мастер, который заявлял: «Нынче карате уже не то. Люди, вам дурят головы. Это кабуки какое-то, прости ками, а не карате. Вот то, которое у других. А у меня — истинное карате, восходящее к окинавским родным истокам. Жёсткое и бескомпромиссное, истинно боевое искусство, а не вот этот «балет».

Так Фунакоши Гитин в двадцатые годы позиционировал шотокан. Так в пятидесятые Масутацу Ояма позиционировал свой кёкушинкай. А потом в семидесятые — так позиционировалось косики.

И каждый раз - «возврат к истинно жёсткому, истинно боевому окинавскому карате». Вот к тому самому искусству, которым окинавские безоружные крестьяне побеждали самураев в броне и с клинками (особо одарённые окинавские крестьяне, которые, очевидно, не могли дождаться, пока самурай отойдёт поссать, охуячить его камнем по затылку и забрать его «зброю»).

Но при этом, поскольку все эти люди, сэнсэи-основатели, дружили с головой (и предпочитали жить на свободе) — естественно, они не были заинтересованы в том, чтобы их ученички, войдя в раж, на самом деле ломали друг другу колени и хребты, тащась от того, какие они реально жёсткие парни. А это, между тем, совершенно несложно, поломать человека, когда он уже «поплыл», а у тебя — хорошо поставлен удар. Тут главное — вовремя тормознуться.

Соответственно, важнейшей задачей в обучении карате — становилось формирование самоконтроля, дисциплины и отсев неадекватов, которые категорически на это не способны (а потому опасны не только для соперников, но и для школы).

И ключевую роль в таком «дисциплинировании» (или отсеве — как получится) играют те самые ката. Да, рутинные, занудные и вроде бы бесполезные «хореографические» комплексы.

Но, во-первых, проверяется способность ученика запомнить и воспроизвести последовательность из нескольких десятков несложных движений. Если оказывается, что он не способен и на это — лучше не набивать ему удар и не выпускать его на татами. Лучше вообще с такими не связываться. Ибо слишком велик шанс, что правила, куда и когда нельзя бить — для него тоже окажутся непомерно сложны.

А во-вторых — он учится самообладанию, хладнокровию и умению слушать, что ему говорят. Да, карате — это не «демократичная» штука, и никогда не подразумевалась в качестве таковой. Там силён элемент некоторой «ритуальности», а власть сэнсея в додзё — довольно авторитарна. И если он говорит делать что-то — значит, надо делать. А если он (или судья на кумите) говорит «прекратить» - значит, прекратить.

И, похоже, это работает.

Вот я лично в шотокан пришёл только в тринадцать лет (когда решил, что надо бы освоить высокие удары ногами, поскольку это производит впечатление на девчонок — и это правда, это одна из главных причин, почему стоит заниматься ногомашеством). А до того лет пять занимался боксом. И в целом-то я всегда был довольно спокойным и доброжелательным парнем, но всё-таки, когда был боксёром — мог порой взорваться в ответ на какие-то обидные слова и насовать в грызло.

Но стоило немножко позаниматься карате — сделался гораздо более сдержанным и терпимым к людям. Бывало, хамит кто-то — а просто стоишь, улыбаешься. Он не выдерживает, спрашивает, почему так, когда подразумевалось, что озвереть уже должен — и с улыбкой же отвечаешь: «Да просто представил, как пробиваю йоко в грудак с разворота — и в стеночке у тебя за спиной возникает трафарет, как в Том и Джерри. Хочешь попробовать? Возьми тетрадь, держи сбоку, когда буду бить — убери». Не успевает убрать, тетрадка вылетает из рук. А потенциальная драка — превратилась в увлекательный эксперимент.

Ну и вот сплошь и рядом доводится слышать о каких-то скандалах с участием боксёров, кикеров, миксфайтеров, даже борцов. Да, это профессиональные спортсмены-«силовики», которые способны намять кому-то бока в кабацкой потасовке. Но, думаете, на это не способен какой-нибудь чемпион Европы по кёкушину?

То есть, можно что угодно думать про сравнительное могущество разных школ и стилей, «чей кунгфу сильнее, а кто сосёт» (одна из любимых тем для обсуждения у школоты вплоть до пенсионного возраста), но, полагаю, всякий, кто видел хоть одну подборку нокаутов на каратистских соревнованиях — понимает, что парень, способный так вырубить профессионала своего уровня, из какого-то среднестатистического хама кабацкого — просто мешок с костями сделает за пять секунд, буде возникнет желание. Да собственно, любой парень, способный отжаться раз двести на кулаках за подход и минут двадцать в день работающий с грушей и макиварой — положит среднестатистического кабацкого хама совершенно не напрягаясь.

Но вот про скандалы с участием каратистов — чего-то не припомню, чтобы доводилось слышать.

Вот Майк Тайсон — да, звезда не только ринга. Александр Емельяненко — тоже не только в ММА прославился. И даже этот бедолага, Мирзаев, хотя не заслужил тюрьмы (и хорошо, что отпустили, в конце концов) — но честно сказать, несколько непрофессионально себя повёл. Уж если вырубаешь придурка, оскорбляющего тебя и твою девушку, - то следует всё-таки подстраховать его при падении. Особенно, если он пьяный, а ты трезвый.

И это всё ребята, которые, безусловно, очень хорошо умеют драться. Бокс, боевое самбо (то есть, фактически, смесь дзюдо с кикбоксингом). Но, похоже, их всё-таки не научили, как можно НЕ драться, как можно вовремя тормозиться.

А каратистов — этому учат. Ибо главные добродетели карате — это кротость, смирение и внутренняя умиротворённость. И учат тому — через всю эту «ритуалистику», включая ката. Да, это, наверное, не очень способствует повышению бойцовских навыков на татами. Зато — способствует тому, чтобы не применять их вне(!) татами без крайней необходимости.

А так-то — довольно бесполезные споры, какое боевое искусство «самое смертельное». Боевые искусства — немножко не про это. Они — про спорт и бизнес. А самое смертельное боевое искусство в уличной драке — скажем, баллонный ключ. Или монтировка. При минимальных навыках обращения. Но кто-то серьёзно хочет убивать пусть даже не очень учтивых людей на улице? Тогда — к психиатру, а не в додзё. Нормальные же люди — они и ствол боевой носят в надежде, что удастся просто припугнуть какую-то гопню, на худой конец подранить, и что именно наличие боевого оружия — поможет им НЕ убивать, если конфликт зайдёт слишком далеко.

Ну и вот будучи сэмпаем — примерно так я объяснял смысл этих «занудных» и «бесполезных» ката. Что как математика «ум в порядок приводит» (а потому навыки устного счёта не повредят и при наличии калькуляторов), так и ката — помогают обрести самоконтроль (не говоря уж об элементарной координации движений и чувствовании своего тела), а также позволяют вовремя отшить патологических дебилов и психопатов, а не делать из них «машины смерти».

И честно признаюсь, поначалу, в тринадцать лет, меня тоже дико бесила эта «хореография». Думалось, что и скакалка в боксе — и то полезнее (хотя - «девчоночья штучка»). А потом — перебесился, даже начал получать удовольствие. Впоследствии же, уже когда в Универ поступил, в Корпорацию работать пошёл, а в память о каратистской карьере остался только оби с моим именем, вышитым каной, - иногда, в минуты скуки или грусти, прогонял ката-другую, просто для поднятия настроения и внутренней гармонии. Это уже как что-то ностальгическое воспринималось.

Вообще же, в карате есть много вещей, которые кажутся бессмысленными, но на самом деле полезные. Включая и эти пресловутые наивные легенды про героических окинавских крестьян, с голыми руками противостоявших самурайскому гнёту.

«Вот представьте, что перед вами самурай. Он в панцире, в шлеме, у него в правой руке катана, в левой — вакидзаши. У вас будет одна попытка его вырубить, поскольку дальше — он вас просто развалит пополам. И самое уязвимое его место — шея. Только резкий, хлёсткий и мощный удар в шею — может его нокаутировать. И вам нужно пронести ногу над его вакидзаши так, чтобы он не успел поднять клинок».

И так — даётся представление о правильном пробитии маваши-гери, кругового удара ногой. Чтобы не «по-дворовому», когда нога восходит по диагональной дуге, а технично: сначала — оттопыриваем бёдрышко, на манер цыплёнка табака, и потом только идёт удар, с доворотом на опорной пятке и подхлёстом.

Я, честно, не знаю, как бы там вышло с самураем при катане и вакидзаши, если с ним такое попробовать. Да скорее всего — кастрировал бы одним движением, не сходя с места. Ибо он тоже не лох, с реакцией всё в порядке и мечом махать учился с раннего детства.

Но когда речь о ком-то попроще самурая — маваши, как бы заведомо медленный удар, получается довольно неожиданным и результативным, если правильно его исполнять. И если для этого нужен образ самурая с клинками, которые требуется обойти — значит, в помощь. Как и все эти легендарные байки, в любом «боевом» искусстве, овеянном преданиями седой старины.

Tags: история, ногомашество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments