artyom_ferrier (artyom_ferrier) wrote,
artyom_ferrier
artyom_ferrier

Categories:

Немного политинформации

Забавно, но вплоть до последнего времени многие компатриоты продолжают удивляться: и что это Запад нас так не любит? Что плохое в мире ни случись, будь то отравление русского дефектора в Англии или какой химический инцидент в Сирии — все косятся на Россию, действительно не утруждаясь уже никакими доказательствами. А ещё — эти санкции, запреты на сотрудничество с русскими, вот эта вот вся русофобия, понимаешь. Совсем озверел Чёрный Абдулла!

Объясняешь: ну, потому, что это война. А тут — а ля герр ком а ля герр. С определённого момента, когда враг обозначен и не может быть ничем иным, кроме врага, вплоть до его разгрома — никто не парится доказыванием того, что он именно враг. Его просто мочат, а не изобличают.

Люди уточняют с надеждой: «Но «война» - это же метафора, да?»

Нет, это не метафора. Просто, так выглядят войны между мало-мальски серьёзными игроками в современном мире. Все сыты по уши той бессмысленной деструкцией, какую устраивали великие державы в двадцатом веке. Этого действительно никто не хочет, поэтому пытается минимизировать потери как собственные, так даже — и в стане противника. При полном понимании, что рано или поздно он всё же сделается опять «мирным партнёром», а то и союзником, поскольку тотальный геноцид какой-либо нации — ни в чьи планы не входит.

Тем не менее, this said, состояние, какое имеется сейчас между Россией и Западом — это самая настоящая и довольно бескомпромиссная война. Война, которую безусловно развязала Россия, впав в квазиимперский идиотизм — и без малейшего шанса на успех. Тут совершенно напрасны иллюзорные надежды на то, что «как-нибудь выкрутимся», «как-нибудь рассосётся». Нет. Но более того, это и не должно «как-нибудь рассосаться». Как более чем сознательный гражданин России, любящий свою страну, ответственно заявляю: это будет неправильно, если России сойдёт с рук то, что она отчудила. Такие вещи не должны сходить с рук. За них нужно расплачиваться — и очень ощутимо. Так, чтобы дошло наконец: беспредел — себя не оправдывает. И я бы не хотел, чтобы мои дети жили в мире, где беспредел имеет шансы на успех. Как нормальный родитель, я хочу, чтобы мои дети жили в мире, где беспредел ведёт к катастрофе, а потому — pacta sunt servanda. То есть, я хотел бы, чтобы до последнего лунатичного идиота наконец дошло, что лучше соблюдать договоры, а не кидать людей и быковать почём зря, ибо последнее — заканчивается плачевно. Вот хотя бы по этой прагматичной причине (и в сторону всякие более возвышенные соображения) следует вести себя прилично.

Но, собственно, всякий раз, заводя об этом разговор, ловлю себя на мысли, что мне, по сути, нечего добавить к тому, что было сказано в первом же посте этого блога. Всё, что было дальше — ну, просто закономерно воплощение в жизнь тех вещей, которые были совершенно очевидны уже тогда, в марте четырнадцатого. И это — да, был водораздел, захват Крыма. До этого — Россия была, своего рода, «балованным ребёнком мира». К ней относились очень благожелательно, смотрели с большой надеждой (несмотря на весь прошлый «анамнез», особенно двадцатого века), снисходительно относились к почти любым шалостям. Но — к «почти» любым. Силовой захват территории у государства, которому давались специфические гарантии охраны суверенитета — это всё же не того рода шалость, на которую можно смотреть сквозь пальцы. Нет, это всё изменило очень драматично, этот чёртов Крым.

Честно скажу, даже если б Путин не устроил потом бойню на Донбассе, поддерживая ублюдков всех мастей, - это мало что изменило бы. И если сейчас вдруг Россия решит уйти с Крыма — это ничего не вернёт на круги своя (что бы ни думали на сей счёт некоторые либеральные идеалисты и валютные ипотечники). Ведь проблема не в том, что в Крыму стоят российские войска — а в том, что они туда вошли. Изменить состояние — можно. Отменить действие, уже свершённое — нельзя. Важен сам факт, что Россия это сделала, когда, по дурости, решила, что достаточно «крутая». А это очень печальный диагноз, сводящийся к тому, что эти ребята в принципе готовы творить беспредел, когда считают, что достаточно для этого окрепли.

Значит, задача неизбежно будет сводиться к тому, чтобы Россия физически не имела возможности выкидывать такие фортели, не могла питать никаких иллюзий касательно своей экономической и военной состоятельности. А значит, душить её будут безотносительно того, уйдёт она с этого чёртова Крыма, или нет. Просто — чтобы никогда не могла прийти с оружием никуда снова — ни в Крым, ни куда-либо ещё. Как убедить людей в том, что Россия наконец-то преобразилась, что теперь её не надо душить, что теперь можно позволить ей экономическое и технологическое развитие — я, честно скажу, не знаю. Отстранение Путина — конечно, неизбежное условие, но вовсе не достаточное. Зато, что очень легко прогнозировалось уже тогда, в этот переломный момент с захватом Крыма — что теперь Россию будут душить всерьёз и по всем фронтам, вплоть до такого состояния, чтобы она вовсе не могла ни для кого представлять военной угрозы.

Тогда, впрочем, это было не вполне ясно даже умным людям. Помню, имел в то время беседу с Виталиком, бывшим моим невольничком, в то время — кандидатом в нашу Агентуру, а сейчас — он начальник охраны моей семьи. Очень толковый, очень славный паренёк. Сам — практически семья, поэтому Женька с Лёшкой и согласны терпеть рядом такого «цербера».

И вот тогда, весной четырнадцатого, он сказал: «А может, ты преувеличиваешь принципиальность буржуинов? В конце концов, не то чтобы я поклонник «права сильного», но ведь вся история, всю дорогу — это все кидают друг друга, да мочат, подставляют, да вешают. И — пишут победители. Почитать Цезаря — так он тоже всё только договоры исполнял. Всё-то спасал одни галльские племена, типа «клиентские», от других, и они тоже с Римом договоры подмахивали, и так — пока галлы вдруг не кончились. А вышел — великий человек. Хотя реально — чем не беспредел, что он в Галлии творил? И ты серьёзно думаешь, что нынешние буржуины пойдут на принцип, презреют свои экономические выгоды? Россия — это ж не только ценный мех и газ. Это и рынок сбыта. Не обижайся, Артём, но по-моему, здесь ты слишком идеалистично смотришь на вещи. А мир — он того, склонен к компромиссам. Нет, я понимаю, что это не очень красивая история, с Крымом, что можно было как-то покультурней отжать у хохлов, денег, там, дать, и Путина, понятно, мы не жалуем, — но, по-моему, ты преувеличиваешь значение этой истории. Реально, ну кто всерьёз будет впрягаться за Хохляндию? Да побухтят, ради приличия — и забудут. Да пусть цинично звучит, но хохлы сами виноваты, что такие слабые».

Я поблагодарил его за то, что открыл глаза на устройство мира. А то бы так и витал в идеалистических иллюзиях. Но, всё же пытаясь объяснить свою наивность, сказал следующее.

«Виталь, вот представь, что я — крышую окрестных фермеров. Собственно — и представлять не надо, потому что я это делаю. И, хотя я довольно щепетильно отношусь к вопросу о том, кого брать под защиту, но предположим, что есть среди этих моих клиентов некая непутёвая свиноферма, вот насквозь совковая, бестолковая и безалаберная, и всё там разворовано-пропито, но по какой-то причине — я дал им гарантии защиты. Допустим, рыбалка на их речке хорошая — и мои друзья туда выбираются. Не важно. Но так или иначе, они — под моей крышей».

«И вот вдруг некий соседушка устраивает рейдерский наезд на этих бестолочей. Отжимает у них хлев под тем предлогом, что свинки хотят именно его к себе в хозяева. При этом, несёт ещё какую-то пургу, мол, этот хлев для него сакральный, поскольку там его бабушка Катя двести лет назад оттаскала турчонка за ятаган, а тысячу лет назад какой-то Володя лишился там спиритуальной девственности, приняв крещение — и прочая подобная ебала. А, ещё он говорит, что я там собирался, в том хлеву, устроить пулемётную точку, чтобы каким-то образом ему грозить. И потому, значит, с его стороны — самооборона».

«Эти терпилы — в слёзы. Напоминают мне, что я обещался их защищать. Ну и я — говорю с этим рейдером. Для начала — уточню, конечно, понимает ли он, кто я такой. Он говорит, что понимает, но мне дороже обойдётся, если вмешаюсь, ибо он умеет создавать проблемы. Типа, «А ты, Борменталь, не лезь!» И что мне делать?»

«Ну, я сделаю скорбно-постную мину, для начала. Скажу, что, конечно же, никто не хочет роста напряжённости в этом и без того неспокойном мире. Где все разумные люди могут договориться и делать дела ко всеобщей пользе. Если, конечно, подходить благонамеренно. Но вот когда волюнтаристически, так, как будто один в этом мире, а все остальные расступись-подвинься — это неконструктивный подход. И это не может не внушать опасений. Это даже, страшно сказать, внушает озабоченность. Даже — глубокую озабоченность, которой я не могу не выразить. А он, этот рейдер, мне отвечает, мол, ну и сиди себе на жопе ровно да опасайся. И озабоченностей навыражай — хоть сто порций. Я даже прикалываюсь с того, какой ты озабоченный, а сделать мне — один хрен ни хрена не можешь».

«И вот, Виталь, как ты думаешь, чем дело кончится?» - спрашиваю.

Он посмеивается: «Если этот рейдер имеет хоть полторы извилины — он распродаст весь свой скарб и купит билет на какую-нибудь дальнюю планету. Желательно — за пределами Солнечной Системы».

Подтверждаю: «Конечно. Я, разумеется, приму некоторые меры к тому, чтобы убедиться в отсутствие ошибки, дам, что называется, the benefit of the doubt, но когда ясно станет, что он намеренно решил наехать на тех, кто под моей защитой — у него не будет какого-то плохого или хорошего выбора. У него будет только выбор расцветки и фасона кисточек на гробик. Я его закопаю в любом случае. Может, не убью — но закопаю. А перед этим выпотрошу так, чтобы он завидовал нищим на паперти. Ибо они-то нищие по жизни, а он знавал моменты того, что казалось ему величием. Но никогда больше — он их не познает. Я опущу его так, чтобы и пра-правнуки его через тысячу лет помнили, каким самонадеянным тупым мудаком был их дурной предок со своей самонадеянной бычкой».

«И я это сделаю не ради каких-то эмоций. И не ради какого-то тщеславного пацанского самоутверждения. Нет, это вполне прагматическая будет реакция. Ибо если позволять невозбранно и безнаказанно наезжать на тех, кому ты обещал защиту — кто ещё когда согласится «покупать» у тебя защиту? Ну, «покупать» - широкое, конечно, понятие. И вот если наехали пусть даже на очень дурацкую свиноферму, которую я взялся защищать — я потрачу вдесятеро больше ресурсов, чем мог бы хоть когда-то получить от этой свинофермы, но размажу беспредельщика образцово-показательно. Так, чтобы все остальные понимали, за что именно мне платят. Это тот случай, где такая вещь, как принципы, оказывается очень прагматичной. Математически оправданной».

Виталик возражает: «Но то — ты. Лорд Артём, Тёма Крейсер, всё такое. Fuck yeah, do not ever mess with Lord Artyom. Но речь-то — о мягкотелых западных буржуинах».

Фыркаю: «О, да! Речь — всего-то о Соединённых Штатах Америки, Великобритании и Франции, как непосредственных подписантах Будапештского Меморандума. Ну и ещё пара десятков ведущих стран, которые надеются на соблюдение хартий и протоколов, образующих суть этого нового мирового порядка, выстраданного после мировых войн. Чья основа — не производить и не поощрять территориальные захваты по беспределу, «по праву сильного». Ибо тот, кто такое делает — тут же должен оказываться бессильным и жёстко караться. Действительно, это я вот такой резкий парень, а они — всего лишь мягкотелые буржуины, склонные к безграничному конформизму, не способные ни на какие резкие действия, не способные противостоять реально крутым и безбашенным пацанам. Но хватит ли пальцев для перечисления тех, кто так думал — и хватит ли слёз для оплакивания судьбы тех мудаков, кто так думал?»

И вот, напомню, этот разговор был четыре года назад. Сейчас, конечно, уже нет нужды объяснять мало-мальски толковым людям из «наших», что — нет, Крымский Кризис не рассосётся, никакого примирения с Западом у Кремлёвских не будет, их рассматривают исключительно как тараканов, подлежащих уничтожению, но единственно что — при этом всё-таки стараются думать о минимизации человеческих жертв.

Тем же хоть как-то «восприимчивым» людям, которые НЕ из «наших» (то есть, не имеют той полноты информации) — ну, вот сейчас пытаюсь объяснить. Что принципиальность буржуинов — она обычно не связана с битьём себя пыткой в грудь и разрывом тельника пополам. Но это бывает тихо (до печального тихо) принятое стратегическое решение, которое они очень последовательно, методично, проводят в жизнь. И все дипломатические манёвры, вся риторика — подчинены бывают главной цели: нейтрализации того «нарушителя спокойствия», который решился создавать им проблемы и козырять такой своей способностью как аргументом в пользу «А вот вы меня за стол усадите и уважение мне окажите!» (главный лозунг Московии на протяжении пяти веков).

Что Кремлёвские будут разгромлены — это-то понятно, и мы сами приложим все усилия к тому, чтобы они были разгромлены. Поскольку оборзевшая гопня, вдарившаяся в беспредел — и должна получать по сусалам достаточно мощно, чтобы впредь никому не повадно было.

Но что дальше с Россией после разгрома этой путинской кодлы — я не знаю, честно. Лить тот елей, что не станет Путина — тут-то заживём, - я ж не философ Зиновьев, который очень удивился, что «целили в Советскую Власть, а попали в Россию». Разумеется, это будет очень болезненная трансформация для России в целом, после неизбежного поражения Кремлёвских.

Ну, я, конечно, лелею надежду на возрождение условной «Новгородчины», как такого формата полиэтнического купеческого образования, которое не гробило себя башкой об каменные стены, не выгрызало себя изнутри ради неких геополитических химер, а руководствовалось разумными прагматическими интересами саморазвития. То есть, в лице Новгородчины мы имеем пример того, как можно быть русским — но при этом не ебанутым (Московия — таких примеров даёт мало).

Но я не могу обещать, что данный проект преуспеет. Никто ничего не может обещать по части преуспевания того, что сейчас является Россией.

Однако ж, что совершенно точно можно обещать — так это, что мы войдём в историю как страна поучительных примеров того, как делать не надо. Последний такой пример — вот эта вот такая беззастенчивая, умилительно наивная аннексия чужой территории. Ну, это будет урок того, что даже если воровать шмат Крыма у очень бестолкового владельца — впрок оно не пойдёт, мягко говоря.

Впрочем, чего вообще не поняли наши «ымперцы» про Украину — она, при всей своей внешней бестолковости, при всех своих внутренних противоречиях, на самом деле сама по себе, даже без западных союзников, - довольно серьёзная страна. Если делать её противником — то таких противников Россия не имела со Второй Мировой (а тогда — была вместе с Украиной, не поминая уж помощь англосаксов).

Это, ей-богу, было очень глупо — делать противником нацию, которая только что свергла своего антипатичного вора-диктатора, очень гордится этим, и тут заявляются оккупанты, которые пытаются объяснить, мол, вы, хохлы, вааще па жизни никто, и газ у нас сосёте, а мы круты и всех вас нагнём.

Понимают ли прокремлёвские ребята абсолютную, суицидальную провальность этого рокового движения Кремля на Крым и на Украину?

Ну, с кем я общался — то люди очень неглупые, хотя и предельно циничные, и они это понимали с самого начала, как и я. Что да — Россия подписала себе смертный приговор. Но они рассчитывали просто урвать от этих конвульсий Кремля достаточно бабок, чтобы свалить из этой дикой страны, которую ненавидят, и вот осесть пусть не на такой шикарной вилле в Италии, как у Соловьёва, но как-то пристроиться.

Я лично — могу только приветствовать бегство московитской обслуги из России. Да и всем, кому люб и дорог Путин — рекомендовал бы валить из России. Ну не ваша это страна, когда в ней-то вам важна помощь от государства, от этого царька. Это значит, что вы просто не понимаете Россию. Ключевой фильтр - «ужасные девяностые». Если для вас они ужасные — вы в России никто, никем не будете и не имеете права быть. Вам лучше валить куда подальше.

Что меньше всего хотелось бы — так это разгул «покарания» запутинцев, когда этот крысёныш перестанет быть актуален. Вот не хотелось бы видеть что-то подобное разгулу «национально-освободительной борьбы» во Франции, когда «внезапные патриоты» (но не бойцы Резистанса), в комфортных условиях союзнической оккупации, выявляли девок, спавших с бошами, и брили налысо, и всячески ещё издевались.

Вот это мерзость — которой я бы не желал даже какой-нибудь Маше Катасоновой. Хотелось бы и после поражения этих кремлёвских крысёнышей — какого-то приличного, цивилизованного к ним отношения.

И да, "улучшенное социальное партнёрство" - рулит. Потому что оно гораздо лучше звучит, нежели "частное рабовладение" :-)

Ну и на сегодня — хватит, пожалуй, политинформации.

Tags: Россия, Украина, мы_побеждаем, политика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 30 comments