artyom_ferrier (artyom_ferrier) wrote,
artyom_ferrier
artyom_ferrier

Categories:

Трясина и как с ней бороться

Никаких иносказаний, никаких аллегорий. Отдохнём немного от политики, от военщины и даже от лингвистики. Поговорим о трясине как таковой, почему она засасывает и как с этим бороться. Может, кому полезно будет. Нет, не дай бог, конечно, но мало ли?

Меня самого учили тому, как работает трясина и как себя вести в ней. Как теоретически, так и практически (у нас довольно обширный КМБ). И порой мне доводилось объяснять людям, как сам понял, как умею. А я не физик, я лирик, поэтому могу, вроде, объяснять такие вещи без формул, без «зауми».

В том числе — доводилось объяснять своему сынишке, когда ему было лет семь. И во-первых надо было удовлетворить детское любопытство, а во-вторых — опять же, чем чёрт не шутит? Пытливый ребёнок, шарясь с дружками по лесу, всегда может найти топь даже там, где отродясь болот на карте не было.

Итак, как это работает, трясина, и почему человек в ней тонет?

Но для начала необходимо уточнение: нет, вообще говоря, не тонет. Вот если взять неподвижное человеческое тело (типа «трупешник») и бросить в болото — хрен оно утонет. Так и останется на поверхности лишь чуть-чуть притопленный. Поэтому обязательно нужно привязывать груз и солидный. Пару пудовых гирь, к ногам и голове, раскачать вдвоём с ассистентом, закинуть с кочки — вот тогда уйдёт плашмя только в путь, только его и видели. И в этом отношении, кстати, болото — идеальное место для избавления от тех, кого вы по каким-то причинам не желаете знакомить с судмедэкспертом.

Вот на дне речки или озера — и через десять лет скелетик могут найти водолазы. В лесу, даже если грамотно вырезать «паззл» из дёрна и сложить обратно — всё равно ещё долгое время будут кое-какие следы того, что здесь рыли яму. Не в меру глазастый очевидец, не в меру любознательный опер — найдут и откопают. Вероятность, конечно, очень низкая — но всё же есть.

А в болоте — хрен чего найдёшь. Для начала, там очевидцев обычно меньше. Да и даже если кто-то покажет примерное место — ну упреешь ты трясину, даже неглубокую, проверять на наличие тела. Поэтому — рекомендую, если что. Однако ж, моральная сторона дела - целиком ваша головная боль. Если не уверены на все сто, что трупешник заслуживал такой участи и туда ему дорога — потом вам кикиморы по ночам являться будут. Наверное.

Но эти-то соображения, конечно, я не излагал своему семилетнему сынишке. Не думаю, что ему это пригодится в обозримом будущем (а возможно, не пригодится и вовсе, поскольку я не собираюсь навязывать ему свою дипломатическую карьеру).

Лёшке я сказал лишь, что если бросить в трясину, скажем, коровью тушу — она останется на поверхности, большей частью. А вот живое существо — там действительно тонет. Что немножко парадоксально, потому что живое существо, включая человека — легче что воды, что трясины.

В действительности и труп может быть легче. То есть, сама по себе человеческая плоть — имеет примерно нулевую плавучесть в воде. Поэтому даже когда человек захлёбывается, когда его лёгкие наполняются водой — он вовсе необязательно ложится на самое дно. Может обрести покой в нескольких метрах от поверхности, флотировать. Вообще же, плавучесть тела — зависит от многих индивидуальных особенностей. Толстая кость — тянет вниз. Жир — наоборот выталкивает. Поэтому жиртрест, даже захлебнувшись (никому не желаю!) - может запросто остаться наплаву. Если, конечно, на нём не было каких-то тяжёлых металлических цацек.

Когда же в лёгких у человека находится воздух — он имеет сильно(!) положительную плавучесть. Парень среднего сложения — может тащить на себе в воде килограммов пять металлического (то есть плотного) груза.

Почему человек при этом сам по себе, изначально, не умеет плавать, почему его этому учить надо, вообще держаться на воде — одна из загадок эволюции. Вернее, ясно, что он слишком далеко ушёл от тех млекопитающих, которые органически умеют плавать. Слишком долго наши предки «не на той качались ветке». Поэтому брахиация у человеческих детёнышей — это вполне явный инстинкт, и мелкие ручонки ещё какие цепкие, а вот плаванье — нет.

Мне доводилось встречать гипотезу, что предки гомо сапиенс, уже слезши с дерева, уже будучи гоминидами, вели одно время полуводный образ жизни, выискивая молюсков на мелководье, и шерсти лишились, чтоб быстрее плавать — ну да, конечно. Вот выдры и тюлени шерсть не сбросили для этой цели — а человек сбросил. А главное, офигенно он хорошо плавает, если не научить (но если и научить — то куда там Майклу Фелпсу до самой банальной нерпы?)

Серьёзно, вот домашние кошки (в отличие от тигров или леопардов) — не любят воду. Но они — умеют плавать. Нет, я не мучил этих зверушек, принуждая их к тому, но вот у меня в детстве была кошка, у нас были доверительные приятельские отношения, и я заходил в озеро по грудь, подзывал её — она сама спускалась в воду и плыла ко мне (ну, я хотел, чтобы она тоже освежилась в тридцатиградусную жару). Народ, конечно, дивился, потому что это редкость, чтобы кошка сама в воду заходила и плыла — но она умела это делать. И это была вполне обычная кошка без намёков на родство с хаусами или рыболовами. А те-то — воды не боятся, естественно. А ягуары — не только что плавают, но ещё и ныряют замечательно и рыбу зубами ловят.

Или, взять кур. Когда мы их держали (в конце восьмидесятых это было модно в профессорских семействах) — тут-то уж мы, «юннаты», их не подзывали с берега, а просто экспериментировали. Аккуратно помещали цыплёнка в воду, в готовности подстраховать, и смотрели. Так ведь плавают же. Не так, конечно, как утки (альтернатива!), но подгребает себе потихоньку лапками, держится на воде.

А человек — странное в этом отношении существо. Парадоксальное. Пока человек не научится плавать — он не понимает, как это можно делать. Как можно держаться на воде и не утонуть. А когда научиться плавать хоть сколько-то прилично — он не понимает, как можно утонуть.

Шторм морской, стремнина речная, водовороты — да главное не паниковать и понимать, что тебя по-любому рано или поздно вынесет на поверхность и ты сможешь хапнуть воздуха (ну и беречь голову от ударов о камни, чтоб не вырубило).

Ногу свело? Опять же, если не паниковать — ничего страшного. Мы в детстве играли, связывая друг другу и руки, и ноги, типа, «мафия карает» — и вполне можно держаться на поверхности и даже как-то перемещаться. Ну, вот до тазиков с цементом не доходило, потому как дорогие тогда были тазики.

Что иногда смущает даже людей, умеющих плавать — так это если они попадают в воду, имея на себе одежду. Особенно зимнюю. И говорят при этом: «одежда, намокнув, тянула ко дну».

Да не совсем верно. Ну то есть, если одежда реально тяжёлая, много тяжелее воды — тогда, конечно, утянет. Если в бронике, скажем, в воду угодил — да, от него нужно тут же избавляться. Но куртка, джинсы, свитер — ну насколько они сами по себе плотнее воды (в смысле, тяжелее по тому же объёму)? Да не факт, что вовсе тяжелее. Ну или ненамного. И если одежда полностью пропитается водой, то за счёт этого она не станет тяжелее той воды, которую в себя вобрала. Ну, вода не сжимается, чтобы закачать немеряные свои литры в ваш свитер.

Однако ж, тут действуют два эффекта. Во-первых, одежда, даже лёгкая, вроде парусиновых каких-нибудь брючек, когда намокает — липнет к телу и сковывает движения. Человеку трудно плыть в той манере, к какой он привык, он начинает нервничать и паниковать.

Во-вторых же, когда промокшая одежда оказывается над поверхностью — вот тут она реально давит вниз. Потому что на воздухе всё весит в восемь раз больше, чем в воде (не будем углубляться в соотношение понятий «вес» и «масса»), и когда это одежда плюс напитавшая её вода — над поверхностью она оказывается тяжёлой.

Поэтому, конечно, пытаться плыть кролем в ватнике, высоко вздымая промокшие рукава над водой — да, может быть заявкой на премию Дарвина. Если, конечно, ты не прикалываешься, притом зная, что делать и как парировать угрозу утопления.

А парировать её следует тем, чтобы погрузить всю одежду под воду, чтобы ничего не оставалось над поверхностью, чтобы только голова с сопелкой там оставалась, и, если не жалко, постараться избавиться от той одежды. А если уж очень жалко — ну вот как-то выгребать, чтобы спина твоего набухшего ватника не вздымалась над гладью, и терпеть непривычный дискомфорт от скованности движений. И не забывать максимально накачивать лёгкие воздухом, увеличивая свою плавучесть.

И это всё было — о поведении живого человеческого тела в воде. Хотя заявленная тема — его поведение в трясине. Но сейчас мы к этому перейдём.

Я просто хотел сказать, что человек — это такая бестолочь, что изначально-инстинктивно не умеет плавать даже в воде, что доступно кошкам и курицам. А чуть меняются правила игры, вроде, там, намокшие джинсы, мешающие двигать ноги в брассе, как он привык — и вот уже «одежда тянет ко дну» (даже если эти джинсы сами по себе легче воды и не могут стать тяжелее её, напитавшись ею).

При этом искусство плавать в воде — отточено миллиардами людей. А вот поведение в трясине — мало кем отточено. Потому что для большинства бедолаг, туда попадавших, первый опыт — был и последним.

Переходя же от воды к трясине, я сказал Лёшке: «Попробуй резко провести под водой рукою. Так, как будто бьёшь ребром ладони».

Он попробовал, и я спросил: «Чувствуешь, как руку со стороны большого пальца будто присасывает?»

Конечно, почувствовал. Потому что от души постарался врезать ребром ладони невидимому подводному монстру по шее.

Ну и вот откуда берётся это чувство при резком движении руки в воде? Да оттуда, что ты двигаешь руку вперёд, вытесняешь ею соответствующий объём воды, который переливается вокруг твоей руки и смыкается за нею — но с одним «но».

Это происходит почти мгновенно, перекачка воды за твою руку, но — почти. Если ты реально быстрое движение делаешь — за твоей рукой на какое-то время образуется вакуум. Потому что вода не успевает обогнуть твою руку и заполнить место за нею. Это доли секунды — но вот ты это можешь почувствовать.

Притом, что вода — это очень текучая жидкость. Нет, керосин — ещё более текучая, но в нём обычно люди не плавают. А в воде — запросто. Используя те её свойства, что, во-первых, человеческое тело примерно равно воде по плотности, а во-вторых — что вода нам даёт изрядную свободу для манёвра, для самых разных движений в ней, поскольку почти(!) мгновенно смыкается за нашей конечностью, и давление выравнивается.

Да, это тоже важно. У водяного столба есть давление (а над ним — ещё атмосферное). Оно примерно одинаково действует на тело, погружённое в воду. Но когда, из-за резкого движения руки, за ней образуется вакуум — естественно, там нет давления, и потому руку «посасывает туда». В смысле, с тех сторон, где сейчас есть вода — руку толкает в сторону вакуума, поэтому и приходится прилагать силы, чтобы сделать реально резкое движение под водой.

Но это — вода. Она очень быстро заполняет пустоты и выравнивает своё давление. И такие жидкости называются «ньютоновскими».

Но есть другой случай. Взвесь из хрен знает чего, что бывает в трясине. И это вот как бы жидкая фигня — но как бы она не очень спешит заполнять пустоты. Такая фигня — называется «бингамовской» жидкостью.

Не буду вдаваться в вопрос о структурных различиях между «ньютоновскими» и «бингамовскими» жидкостями, но практический смысл в том, что вторые — гораздо более вязкие. А это значит, что в них ты не можешь делать сколько-нибудь резких движений с той же лёгкостью, как в воде. Если в воде усилие при движении возрастает примерно пропорционально его скорости, то в вязких жидкостях — многократно.

Я предложил Лёшке заценить это, помешав ложкой в кастюрле воду на разных скоростях — и сравнительно(!) жидкое тесто для блинов. Ну и он убедился, что на самых малых оборотах — усилие примерно одинаковое. Если же добавить скорости, то в воде, конечно, сил требуется больше, но в тесте — просто вырывает ложку из рук. И вот трясина болотная — она близка к тесту, той или иной консистенции.

При этом субстанция трясины — да может быть по плотности (как отношение массы к объёму) даже выше, чем у воды (и потому, казалось бы, утонуть в ней ещё труднее, чем в воде). Но вот у неё просто совершенно другая «вязкость». А это означает — нежелание заполнять пустоты.

Поэтому, затруднительно, конечно, провести опрос тех, кто тонул в трясине (к сожалению, они уже никому не передадут свой опыт). Но многие люди, ходя в лес по грибы или за какой ещё надобностью, могли угодить хоть одним сапогом в какую-то болотистую жижу. И знают, каких трудов стоит вырвать оттуда ногу (да ещё с сапогом, а не оставить его там).

Приходится упираться второй ногой в твердь, кочевряжиться, охать и кряхтеть.

Почему так? Да потому, что со всех сторон на ваш этот сапог давит столб этой жижи, а под подошвой, когда вы тянете ногу кверху — образуется вакуум. Который в воде заполнился бы практически моментально, выровняв давление, а в бингамовской жидкости, в этой болотной жиже — не спешит.

И вот опыт вызволения своего говнодава из мелкой жижи — по идее, должен был бы учить людей тому, как вести себя в серьёзной трясине, куда ухнул ненароком.

С этим провалившимся говнодавом — какая разумная тактика? Ни в коем случае не пытаться вырвать его прямой грубой силой (хотя это может дать почувствовать, какое усилие требуется даже для такой малости, как сапог по щиколотку). Вот как-то изменить угол, отклоняя ногу назад, чтобы подошва, как самая плоская, самая «присасывающаяся» часть, развернулась хотя бы под 45 градусов, чтобы минимизировать эффект вакуума, и постепенно так «выламывать».

То же самое, в общем-то, рекомендуется, если вы всерьёз ухните в трясину.

Как понять, что всерьёз? Ну, если ушли уже по пояс, а погружение продолжается, и, что называется, «дна нет» (без намёков на политику).

Что в этом случае делать?

Не паниковать — это, конечно, первый и главный совет. Ну, в конце концов, не такая уж это страшная и мучительная смерть, если что. Пара минут — и всё будет кончено сравнительно безболезненно. Сгореть заживо на костре — пожалуй, хуже, не говоря уж про оказаться замурованным в каком-то склепе и умереть от голода. И не такая уж «позорная» смерть: многие знаменитые люди сгинули в болоте. И потом, родные и близкие ещё долго будут считать вас пропавшим без вести, будут надеяться, что вы всё-таки живы. Это смягчит удар по их психике. Как видите, много плюсов, даже если утонете. Но лучше, конечно, выбраться.

Далее, если мы не паникуем, если мы в здравом уме — ни в коем случае не поднимать руки, если, конечно, вы не видите, за что бы прямо сейчас ими уцепиться. Но это должно быть нечто реально существенное, вроде крепкой ветки. Хвататься же за соломинку — не поможет.

В ином случае, если цепляться руками не за что — не поднимать их. Ибо над поверхностью — они будут толкать вас вниз своею массою.

Вообще же, когда почувствовали, что серьёзно проваливаетесь в трясину — первым делом нужно откинуться назад. Ну, вы же вперёд шли? Значит, более-менее твердь — сзади. И в любом случае, лягши на спину, насколько возможно, — вы дольше всего сохраните сопелку над поверхностью.

Если на вас куртка — то падение назад с раскинутыми руками само по себе затормозит погружение в трясину. Но даже и без куртки — это лучше, принять горизонтальное положение, чем тонуть вертикально, когда торчащая над поверхностью часть тела толкает вниз. Над поверхностью должна быть максимум голова — и это нормально. Вы же и в воде вряд ли сможете удерживать над поверхностью нечто большее, нежели голова и шея. Даже стоя вертикально и энергично работая ступнями — что в трясине просто невозможно, энергичная работа ступнями.

Да, тут вернёмся к важному моменту: человек практически не тонет в воде и тем более не тонет в трясине, которая обычно плотнее воды. Он — там себя утапливает(!) Постольку, поскольку поддаётся панике перед страхом неведомого.

Но в принципе ваше тело, если не в доспехах, имеет околонулевую плавучесть само по себе — и, напомню, сильно положительную плавучесть при наполненных воздухом лёгких. Вот об этом нужно заботиться в трясине — чтобы в лёгких был воздух. Не выдыхать слишком мощно, дёргаясь куда-то (и не дёргаться). Вообще дыхание рекомендуется не очень «амплитудное». Потому что в трясине гораздо труднее, чем в воде, расширять грудную клетку при вдохе, если уж она сократилась при выдохе. По означенной выше не раз причине: трясина гораздо более вязкая, и если вы «отдали» ей значительную часть своего «лёгочного» пространства — сделать вдох и раздвинуть трясину рёбрами будет труднее. Поэтому — желательно воздержаться от слишком резких выдохов, сохранять постоянно значительную наполненность лёгких, дышать спокойно, но «мелко». И — не дёргаться. Пусть трясина и подступает к подбородку — но вы не утонете, пока в лёгких есть воздух. Считайте, стабилизировали своё положение.

Правда, оно может показаться не очень комфортным даже для целей медитации, а скоро вам и вовсе сделается скучно — поэтом надо всё-таки выбираться.

Что ж, главная (и фатальная) ошибка новичков - пробовать как-то резко и прямо поднять руки, «высвобождая» их, и сгибать ноги в коленях, норовя ими «оттолкнуться», как в воде. Ну вот, считайте, этим движением вы вбиваете себя в трясину. Помните, каких трудов стоит вытащить сапог из болотной жижи? И это — когда у вас есть опора на другую ногу, стоящую на тверди. А теперь представьте, что такой опоры нет. И это будет означать, что подобные потуги будут топить вас в трясине. Потому что движение конечности вверх — требует преодоления «силы вакуума» (не очень научная формулировка, но, думаю, понятно о чём речь). В стабильном положении — трясина обволакивает вашу руку со всех сторон. Попробуете дёрнуть вверх — трясина не успевает «перетечь» в образующуюся пустоту, поэтому движение требует значительного усилия, а поскольку сила действия вызывает равную силу противодействия — то вот с той же силой вся остальная ваша тушка толкается вниз. Что не есть хорошо.

Поэтому все движения в трясине должны быть очень(!) плавными и медленными. Подтянуть руки к поверхности, если они оказались внизу — это в целом хорошая идея. Но делать это нужно буквально по миллиметру в секунду, так, чтобы давать трясине возможность смыкаться за «кормой» без образования сколько-нибудь значительных пустот. И двигать руки не строго вверх, а по-диагонали, разводя в стороны. Это если в момент погружения они были внизу, у пояса.

Так же, повторю, «грамотное» погружение в трясину — это с падением на спину и с раскидыванием рук в стороны изначально. Так, чтобы ладони сработали как дополнительный тормоз. Ведь в момент погружения ваша главная задача — не уйти сразу с головой, ибо тогда, боюсь, окно возможностей окажется очень малым даже для выдержанного человека.

Когда же руки притоплены, раскинуты в стороны и находятся вблизи поверхности — не то, чтобы ими можно было именно «грести» в трясине, но попытаться, опираясь на ладони и спину, аккуратненько поднять нижнюю часть тела.

Опять же — никаких резких движений, никаких вихляний корпусом, никаких потуг вырвать ноги вверх. Их нужно, так же по миллиметру, очень медленно, переводить из вертикального положения в горизонтальное, одновременно проталкивая себя ладонями назад, туда, откуда вы и шагнули в топь.

Так вы имеете шанс оказаться в положении пловца на спине и при этом придвинетесь к тому месту, где уже можно за что-то ухватиться. Но и когда это удастся, вытаскивать себя из хляби следует очень осторожно, очень неторопливо. Этак выскальзывать из своего зыбкого «саркофага», избегая таких усилий, которые бы могли одномоментно образовать значительные пустоты. Потому что они, конечно, будут работать, как вакуумная присоска. А присоски — и на воздухе бывают «прилипчивы». Когда же к атмосферному давлению прибавляется ещё и хоть какой-то столб жидкости, не желающей перетекать — держат намертво.

Но если гуляете по болотам — лучше, конечно, подстраховаться заранее. Особенно, если имеете привычку гулять по болоту с каким-то существенным весом на тушке: броник, оружие, «лифчик»-разгрузка с магазинами и гранатами, всякое такое. С такими аксессуарами — и в воде можно утонуть запросто, если не избавиться, а в трясине — гораздо труднее будет избавиться. Поэтому стоит подумать о том, как увеличить свою плавучесть.

И тут очень доступное и ценное средство — конечно же, презерватив. Оно, конечно, очень многофункционально, ну и, в частности, из гандонов легко сделать некоторую подстраховку, когда любуешься бабочками посреди Гримпенской трясины. Современные изделия из латекса и полиуретана сами по себе довольно прочные, но лучше подстраховаться, вкладывая один в другой по два-три. Потом надуваешь, завязываешь — и получаются очень практичные «подушки» безопасности. По одной на икры, парочку — на корпус, и можно не бояться, что даже в полевом бронике сразу утянет, если угораздит наступить в топь.

И в любом случае, даже если гуляешь налегке, стоит иметь запас презиков где-то на шее, в контейнере типа ладанки. Если голова осталась на поверхности — можно подтянуть к шее одну руку (очень аккуратно, конечно), надуть один или два таких «поплавка», и дальше уже на них опираться. Каждый — литров пять воздуха, что довольно существенно.

Собственно, и на воде презик — давно известное и рекомендованное спасательное средство. Особенно, если купаешься в какой-то «непростой» воде. Или очень холодной, или «бурливой», и может понадобиться отдых. Из презиков — легко соорудить подобие «спасательного круга». Поэтому, хотя я никогда не пытался как-то излишне опекать Лёшку, своего сына, но вот давно «навязал» то требование, чтобы при купании в море у него у него были при себе презервативы. Не сказать, впрочем, чтобы он и особо возражал, а сейчас, будучи уже тинейджером (этимологически хотя бы, в свои 13), намекает, что не исключено и использование по основному назначению после знакомства на пляже. Он полагает, что нас с Женькой это должно шокировать, но куда больше нас бы шокировала перспектива обзавестись внучатами вот прямо сейчас.

На болоте, конечно, шансы повстречать прекрасную незнакомку для амурных утех — несколько ниже, чем на пляже. Но несколько выше — повстречать Костлявую. Если проявить неосторожность. И даже прощупывание пути жердью — не даёт полной гарантии. Там может быть такой профиль, что вот есть кочка, сантиметров на двадцать прикрытая жижей, и вроде как «твердь», но на самом деле — именно кочка с осклизлым краем, по которому запросто можно съехать в глубокую топь. И если не удержать голову над поверхностью — трясина обратно не отдаёт свою добычу. В смысле, оттуда уже практически ничего не всплывает само собой.

Это, кстати, ещё одно ценное свойство болота для эксклюзивных ритуальных услуг. Если бросить труп с грузом в воду — имеется вероятность, что когда пойдут гнилостные процессы (всем приятного аппетита, если кто кушал) — конечности, за которые фиксировался груз (хотя, разумеется, профессионалы крепят его надёжней, чем просто к ногам рельсу), могут оторваться, и трупец всплывёт.

В болоте, хотя требуется более существенный груз, чтобы утопить, - но уже практически гарантированно тело останется на глубине, если ушло туда. Даже вспучивание полостей гнилостными газами — не преодолеет сопротивление вязкой бингамовской среды. Они просто пузырями выйдут, найдя дорогу по мере дальнейшего распада личности.

Ну вот так трясина и «засасывает». В том смысле, что если эту вязкую жижу пробить и внедрить в неё какой-то объект — то дальше сама по себе её вязкость, стремление к стабильности будут противостоять выталкивающей силе.

Об этом нужно помнить, когда имеешь дело с трясиной. Что это не вода. Её не так легко раздвинуть, чтобы погрузиться в неё, но если уж это удалось, то всплыть из только лишь под действием Архимедовой силы - просто нереально.

Но в целом, при некоторой практике, выбраться можно. При условии, что не сразу с головой ушёл.

И главные правила следующие.

Если чувствуешь, что проваливаешься и «дна нет» - падай на спину, раскинув руки, ладонями параллельно поверхности. Пусть руки уйдут немного вглубь, пусть ты и затылком коснёшься этой жижи — но хоть в этом положении можешь стабилизироваться. И при этом — сразу «подломишь» отвесный вектор, под которым твоё тело, входя вертикально, раздвигает трясину под собой с наибольшей силой.

Во-вторых — ни в коем случае не пытаться выдернуть руки и ноги резкими движениями. И не поднимать руки над поверхностью. Только очень медленно их двигать, преимущественно в горизонтальной плоскости, поворачивая при этом ладони так, чтобы вперёд они шли «гребком», а назад возвращались в наиболее «обтекаемой» конфигурации, скользили плашмя по поверхности.

Общее же правило самовызволения из трясины (и башмака, завязшего в неглубокой жиже) — тянуть, находя точки опоры, не под тем углом, под каким зашёл. Если под тем — то там уже сложилась некая структура бингамовской жидкости, и попытка вытянуться из неё будет создавать вакуум. Задача — немного «переструктурировать» эту среду, «поломать» тот канал, который ты пробил в ней, и таким образом выскользнуть. И очень чутко ловить реакцию этой коварной среды на каждое твоё «микроскопическое» движение: вот цепляет или отдаёт? Сообразно — корректировать и свои движения, добиваясь наилучшей «обтекаемости» ваших конечностей в ту сторону, в какую вы их тащите, наименьшего образования вакуума за ними. Но ни в коем случае не трепыхаться, не пытаться «раскачать» трясину какими-то судорожными движениями. Так — вы её только под собой раскачать сможете и провалитесь.

Ну и понятно, что сложно такие вещи буковками расписывать, но учебного видео, извините, предоставить не могу. Да и оно не даст адекватного представления о движениях в глубине трясины, может создать опасную иллюзию, что будто бы из неё очень просто выбраться.

Нет, тут нужна практика. Но если кому захочется её обрести — то лучше хотя бы обвязаться прочной верёвкой подмышками и иметь сзади крепкого ассистента, который помог бы выбраться. Однако и это может быть небезопасно. У нас-то тренировочные «грязевые ванны», где имитируются разные типы трясины, оборудованы подъёмными решётками на случай, если что-то пойдёт сильно не так. Но я понимаю, что не все желающие могут позволить себе такие траты на довольно-таки специализированные тренировки.

P-s.: Да, пара слов о том, как "из болота тащить бегемота". То есть, как "ассистенту" вытягивать того, кто по собственной воле или по небрежности угодин в трясину.
Ну, если это не тренировка, где петля подмышками изначально имеется, но при этом есть верёвка, и достаточно прочная, - то лучше "береговому" сделать широкую петлю с самозативающимся узлом, подать её утопающему, чтобы тот аккуратненько натянул её на голову, на плечи, оставив руки по бокам - а потом с берега потянуть, и будет фиксация подмышками. И это лучше, чем если бы утопающий напатывал верёвку на кулак. Свобода его рук - пригодится, чтобы самому цепляться за что можно, выползая.

Потому что вот просто стоять и вытягивать верёвкой парня своих примерно габаритов - это работёнка та ещё. Тут дело даже не в усилиях (хотя они значительны), а в том, что в болоте трудно во что-то упереться ногами. Твоя "твердь" - это в лучшем случае скользкая кочка, а так-то может быть та же жижа, только помельче. Это вот ни разу не базальтовая скала - и тут главное самому в топь не сыграть (а то оба от смеха помрёте).

Если есть хоть какой-то пенёк, хоть какое-то деревцо - лучше замотать верёвку за него, "заанкерить" (как можно ниже, тогда и "трухля" может выдержать). И потягивая недоутопленника - поправлять этот анкер на дереве.
Вообще же, что категорически недопустимо - так это тянуть бравыми рывками, распевая "Дубинушку". По всё той же причине. За ним там разверзается пустота, которая держит его, как пружина. Ну потому что все другие силы действуют в сторону этой пустоты. И чем её больше создашь - тем больше будет "отскок" на расслабухе. Тем мощнее его обратно "всоснёт", дальше, чем он был, и плакали все страния. Поэтому только потихонечку, но так, чтобы фиксировать постоянным натягом верёвки.
Тут полезная может быть идея вообще привязать верёвку к "анкеру", вроде деревца у комля, но пока она не натянута - сделать петельку, куда вложить некий достаточно проный продолговатый предмет. Рукоятку ножа, скажем. И дальше - не тянуть ту верёвку, а подкручивать тем предметом. Примерно как при помощи мокрой тряпки и обломанного черенка от швабры сдвигают прутья тюремных решёток. Сантиметров двадцать намотать - дать минутную передышку, чтобы трясина стабилизировалась, обтекла. Потом переустановить узел на дереве и петлю с рычаго - и по-новой.
Что делать, если нет верёвки достаточой прочности? Можно, конечно, связать некое подобие из своей одежды и бросить ему. Можно - слегу попробовать просунуть. Но не так, чтобы он вытягивался на ней, а чтобы под себя заводил, как дополнительную опору, а ты просто фиксилровал другой конец на берегу. Хотя лучше, конечно, повторю, накидать ему надутых гандонов, чтобы мог подгрести под себя и опять же как опору использовать.
При этом он спасаемого утопающего, как бы неопытен он ни был, тоже требуется некоторое содействие. Он тоже, даже ухватился за что-то, не должен допускать резких рывков, а всё делать по чуть-чуть, плавненько. И немного работать ногами хотя бы в том смысле, что когда вперёд вызволяется - нужно тянуть мысок, как балерина, для максимального снижения сопротивления и образования вакуума сзади. А вот когда зафиксирован внатяг - ступню можно медленно развернуть, перегоняя пустотный пузырь в другое место, чтобы за подошвой жижа сомкнулась и даже опору некоторую давала.
В целом, это целое искусство. Это совсем не то же, что Хантера из песка в раскачку вытащить (там-то искусство - посадить)

Tags: лайфхак, наука-много-гитик
Subscribe

  • Что мы будем делать после нас?

    Наткнулся у Митрича на занятный мысленный эксперимент. В двух словах — вводная такая. Некая развитая цивилизация решила угробить…

  • О рабах и пирамидах

    Не раз и не два доводилось встречать в околоисторических публикациях примерно следующую сентенцию: «Вот раньше считалось, что египетские…

  • Люди, звери и метро. Что делать?

    Прежде всего надо оговориться, что я не расист. На самом деле не расист. Так-то понятно, что чисто эстетически блондины круче всех, да и по-любому…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 30 comments

  • Что мы будем делать после нас?

    Наткнулся у Митрича на занятный мысленный эксперимент. В двух словах — вводная такая. Некая развитая цивилизация решила угробить…

  • О рабах и пирамидах

    Не раз и не два доводилось встречать в околоисторических публикациях примерно следующую сентенцию: «Вот раньше считалось, что египетские…

  • Люди, звери и метро. Что делать?

    Прежде всего надо оговориться, что я не расист. На самом деле не расист. Так-то понятно, что чисто эстетически блондины круче всех, да и по-любому…