artyom_ferrier (artyom_ferrier) wrote,
artyom_ferrier
artyom_ferrier

Categories:

Немного об испанской фонетике

Давно, пожалуй, не писал ничего про испанский. Между тем как наша Гражданка Мама его учит, и ребята наши учат, привечая всё новых гостей из Латины. Ширится, растёт психоделическая армия — крепнет дружба народов. А скоро уж, того гляди, в неё вольются и Мадуро с Путиным, и, взявшись за руки, пойдут прогуляться по радуге, и...

Ладно, не будем о политике. Лучше поговорим об испанской фонетике.

Я, конечно, не то чтобы эксперт в кастильском-идальгийском. Я не жил, но всего лишь бывал в европейской Испании, на Канарах, в Венесуэле, Колумбии, Гватемале и в Мексике (на пару дней, заездом из Штатов). Но я привык слушать, как говорят люди. И это, конечно, не значит, что я могу сходу изобразить венесуэльский или мексиканский акцент (нет, у меня более-менее стандартный европейский выговор, поскольку и наши родные колумбийцы, меня учившие, давно взяли его на вооружение), но я могу, не углубляясь в диалектные различия, судить о некоторых общих чертах.

И вот одной из таких черт испанского, озадачивающей новичков, является неразличение «б» и «в».

Это, вероятно, наследие арабского влияния, такое же, как очень популярное словечко «ojalA” (“Дай бог»), что, конечно же, связано с Аллахом. И ещё мильон арабизмов в испанском. Ну, Кордовский халифат, всё такое.

Арабы же никогда не ценили звук «в». Они его и никогда не имели, как мы, скажем, не имеем звука, в английском выражаемого через th.

Поэтому в арабских исторических документах славян называют «сакалиба». Кажется немножко далековато от «славянина», но тогда это самоназвание имело форму «словен», причём «ен» произносилось слегка в нос, греки-византийцы сделали из этого «склавин», поскольку таковы были представления о благозвучности в их языке, он не терпел сочетания «сл», как мы не жалуем «кя» или «кы», арабы же имели свои представления о благозвучности, они обязательно «прокладывали» согласные хотя бы кратким «а», при этом не имели «в», и так получилось «сакалиба».

Ну и кастильцев арабы немножко испортили. Причём, те-то не отказались от звука «в». Но просто в некоторых случаях действительно не отличают его от «б».

Иногда пишут, что они произносят некий усреднённый звук между «б» и «в». И иногда это правда. Но это дезориентирует новичков, которые начинают изображать в испанском что-то вроде «бв». Но нет, испанский — это не готтентотский, и звук-то единый. Но он, можно сказать, гуляющий.

Они могут говорить «пор фабор» (por favor - “пожалуйста»), а могут говорить хавон» (jabon - “мыло»). И более того, один и тот же человек, за короткий (не больше пары бокалов сангрии) промежуток времени может произнести одно и то же слово то с «б», то с «в», то с чем-то «бастардным». Скажем, vale («окей»), что в непринуждённой обстановке звучит часто — и вот то как «вале», то как как «бале».

Русским это кажется невероятным, такое легкомысленное отношение к столь разным звукам. Но тут следует иметь в виду, что фонетика — штука относительная. И где одни видят принципиальную разницу — другие просто не замечают её.

Для иллюстрации — возьмём начальную сценку из «Войны и мира» Льва Николаевича Толстого, когда в салон Анны Павловны Шерер прибывает Пьер Безухов, а князь Василий Курагин пытается выкрасть у него мозаиковый портфель. А Пьер, тот ещё мордоворот, чемпион подпольного турнира по савату в Марселе, хватает князя Василия, кидает плашмя на бильярдный стол, растягивает его губы в улыбке так, чтобы зацепить их за углы стола, и вот-вот готов припечатать сверху вторым столом. И в запале изрекает: «Etes-vous охкхренЕ?»

Причём, автор особо отмечает «нежданно русскую» жёсткость этого «хкх» во французском причастии «охрене».

Но тотчас подходит хозяйка салона, Анна Павловна, и успокаивает Пьера: «Да вы, голубчик, пустое подумали. Князь Василий не только не чаял вас ограбить, но, напротив, хотел переписать на вас свою дочку Элен. Ему затем только и нужен был тот злосчастный портфель, что за бумагой для оформления дарственной».

И Пьер тотчас тает: «Ну, хоть какой бенефис».

И автор, с присущим ему вниманием к деталям, отмечает: «Столь мягонький, столь нежный и благостный был хер в этом «хоть», противу давешнего грозного и ярящегося Пьерова хера, что князь Василий непременно раздвинул бы свои губы ещё шире в улыбке, когда бы не были они уже растянуты наискоски карамбольного стола. Пьер же, осмотрев Элен и положив её в карман, засмеялся своим толстым смехом».

Ну, я цитирую по памяти, а читал давно, в десятом классе. Вернее, перед десятым классом, летом, на даче. На чердаке у друга. Он ездил незадолго перед тем к родичам в Ош (это город в Киргизии, не путать со страной Оз, хотя в каком-то смысле ещё чудесатей), и вот мы сидели и вкуривали классику.

Поэтому, конечно, в каких-то деталях — я могу немножко путаться. Но главная мысль была — насколько по-разному мы в русском произносим звук «х», и для нас это всё тот же звук. От едва не надрывного гортанного — до едва уловимого дуновения.

А для арабов, уже помянутых, - это абсолютно разные звуки. На эту тему Лёшка Зимин удачно пошутил, а он куда лучше моего арабский знает: «В действительности, в их алфавите много согласных, но половина из них изображают разные способы откашливания от песка в самум».

Да, у них много вариантов того, что для нас просто «х». Мы просто особой разницы не видим.

Ну вот точно так же испанцы не видят разницы между «б» и «в». Хотя, в отличие от арабов, испанцы не могли игнорировать звук «в», поскольку он есть у соседних европейских наций. Поэтому он есть у испанцев. Но в некоторых позициях — они реально не различают «б» и «в».

Но эти позиции, по моим наблюдениям, - перед твёрдой гласной. «О», «А», «У». Вот там они действительно говорят, как попало. Но перед мягкими гласными, - они различают «б» и «в». Я, во всяком случае, не слышал, чтобы кто-то говорил «вьен» вместо «bien” (хорошо) или «бейнте» вместо «veinte” (двадцать).

Нет, вот перед мягкими гласными — чувствуется очень хорошо «б» или «в». Вероятно, потому, что в арабском просто не было смягчённых согласных, а в соседних европейских были.

Причём, надо полагать, и дифтонг, на письме передаваемый как «ue” - для этих целей считается мягкой гласной. Во всяком случае, мне доводилось слышать «больвер» (volver – возвращаться), но только «вуэлв_» в личных формах.

И этот дифтонг, «ue”, “ua” - произносится именно как единое целое.

Cuanto cuesta?(Сколько стоит?) - не «Ку-анто ку-эста», а вот примерно тот же звук «у», что у английского «w” перед гласной. Только ещё чуть дальше от «в». Ну вот как доктор Ватсон на самом деле всё-таки Уотсон, но где «у» отдельно не может тянуться. Это просто движение губ трубочкой для перехода к основному гласному. То же и в испанском в сочетаниях ue-ua.

Но если уж говорить об испанских дифтонгах, то больше всего мне нравится ie. Это то, что я называю «пинцетной» фонемой. Почему?

Ну вот, допустим, ты как-то нахамил девушке — и надо извиниться. Так в испанском сама форма извинения за допущенное — мне нравится так же, как в японском. Там «сицурэй симасита» («неловкость осознана»), здесь — lo siento. А sentir (чья форма первого лица siento) – означает «чувствовать», «осознавать», «быть в курсе». И вот ты, значит, утешая, говоришь ей: «Да я об том в курсе, что тебе нахамил. Lo siento”. Но при этом звучит оно даже не просто как «сьЕнто», а вот как будто ещё за попку ты её прищипнул в этот момент, принося извинения. Поэтому я и называю испанский этот дифтонг, ie, “пинцетным».

И это позволяет получать кайф от языка, это прикольно, когда обходишь пляж и будто бы пощипываешь всех тёлочек фразой «Асе буэн тьЕмпо» (Hace buen tiempo - “Хорошая погодка»). Ну, прикольно воображать иногда себя тринадцатилеткой, которому бы это было прикольно. Но молодёжь мотивируем к изучению этого языка именно так: на нём ты вступаешь в интимный физический контакт с тёлочкой даже раньше, чем у неё бокал с мохито наебнёт, а ты вызовешься сходить за новым и коснёшься руки, передавая.

Серьёзно же, ну вот бывает редкая ошибка новичков, когда они ie пытаются раздельно воспроизвести. Нет, если каких-то специальных значков ударения над i не стоит, то она просто как мягкий знак для крайней согласной работает, а общее сочетание — «ьйййе» (ну ладно, одну «й» можно убрать... или две даже).

С дифтонгом io – в принципе та же фигня. Когда «о» в ударной позиции — читается, в общем-то, «ьё» (но с меньшим, чем в случае с «ie” йотированием, помягче, как в «бульон», но не как в «польёт», если кто, конечно, слышит разницу). Скажем, cancion, “песня». Звучит - «кансьён», (и это вам не «шансон», хотя, конечно же, одно и то же слово, «раздуплившееся» где-то в Пиренеях).

Но когда «o” в безударной позиции (а в испанском ударение либо следует общему правилу, либо обозначается на письме), типа «mio”, - тогда произносится «Ио».

Несколько труднее с «ia”. Когда в безударном положении — понятно, что «иа» проговаривается, не сливается в «я». Когда обозначено ударение на i (что бывает в окончаниях глагольных форм в специфических временах или наклонениях) тем более проговаривается «Иа». Но вот и при ударении на «a», по моим наблюдениям, когда звучит ближе к «ья», а когда — к «иа». Скажем, «эстудьЯмос» (estudiamos – учимся, изучаем), но «виАхе» (viaje – вояж, путешествие).

Хотя это-то, произнесение ia-io в ударных (для o-a) позициях — видимо, зависит не от общих правил, даже не от местности, а от человека (и его настроения). Кто-то произносит более слитно и почти как «ьё-ья», кто-то — больше сохраняет звучание «ио-иа» (но «и» при этом всё равно неполноценное, если на него не падает ударение).

Но вот ie – это всегда, сколько слышал, «ьЙе». И вот чего-то затрудняюсь придумать случай, где бы оно было без ударения.

Боелее редкие случаи с «iu” - скорее звучат тоже «йотированно», жёстко, даже в безударной позиции. «СьюдАд», город. И ни разу не слышал, чтобы кто-то говорил «Си-у-дад».

При этом, в данном слове, ciudad, в классическом кастильском первый звук идёт как глухое английское th (как в thing). Как и положено читать «c” перед «i”, «e” и «z” перед любой гласной. В Испании, насколько видел, этот звук (трудный для тех русских, кто не освоил его) в целом сохраняется. Но в Латине запросто говорят «с» вместо th.

Поэтому, если кто из сограждан думает о том, чтобы перебраться в более тёплое и тихое местечко, притом недорого, и чтобы не ломать язык о непривычные фонемы, то вот могу рекомендовать Колумбию. Это давно уже довольно милая и безопасная страна, там давно уже в Боготе не отстреливают судей и прокуроров (да вы и вряд ли станете тем либо другим в первые годы по приезде), разборки между солдадитос, герильерос и драглордами давно ушли глубоко в льяносы, а в крупных городах и на морском побережье там вполне всё цивильно и благоустроенно.

Мог бы порекомендовать и Венесуэлу, но лишь как очень дешёвое нынче вложение в расчёте на будущее. Да, можно ожидать, что когда на «боливарианском» эксперименте будет поставлена окончательная жирная точка, то, после некоторой зачистки новой властью всякой красножопой и просто криминальной сволочи, Венесуэла снова станет очень привлекательной, быстро развивающейся страной.

Замечу, на юге там в речках и запрудах обитают пирашки (вроде бы, неопасных для человека видов, хотя с пираньями — что с социалистами: и за шведских нельзя поручиться, что они реально не опасны для человека, а не просто сытые). Это делает рыбалку... ну вот как у Семён Семёныча у Чёрной Скалы. Смею заверить, ни окуни, ни ротаны так не берут, даже если навесить на червяка ярлычок о скидке в 90%. Хотя пираньи лучше воспринимают кусочек абы какого мяса, а не червяка. И это плюс, что они есть на юге.

А на севере Венесуэлы их нет — и это, возможно, тоже плюс. И там, если поселиться на полоске земли между озером Маракайбо и морем — может быть очень прикольно. Маракайбо, несмотря на пиратские рейды Моргана и Л'Оллонэ в семнадцатом веке и нефтедобычу нынче, очень классное местечко (ну, не такое классное, как Ладога, конечно, но теплее большую часть года). Пираты не сумели (да и не хотели) как-то повредить озеру, а нефтянники там очень аккуратны, всё делалось по наилучшим стандартам экологической безопасности, которые, тьфу-тьфу, вроде, не проёбаны даже после национализации.

Кондиру на севере, вроде, тоже нет. Хотя за это в Латине нигде нельзя стопроцентно поручиться, кроме Огненной Земли, и кто знает, что такое кондиру — понимает, что это дрянь куда хуже любых пираний. Но плавки из плотного прочного материала — защищают почти как «венерин пояс».

Эти страны действительно стоило бы рассмотреть многим компатриотам. Даже тем, кто в детстве тащился от фильмов про «Неуловимых мстителей» и завистливо вздыхал: «Эх, хотел бы я там оказаться!» Просто — нужно прислушаться к себе и честно ответить на вопрос: «До сих пор — хотел бы?» Если нет, то Латина может оказаться очень подходящим вариантом.

И испанский может оказаться языком, который русским освоить, возможно, даже проще, чем английский. И даже проще, чем украинский, где каждое второе слово - «это хохлы над нами так стебутся?» Ну, в инстинктивном восприятии близкородственного языка. То же и к болгарскому можно отнести, хотя многие российские пенсы там обитают.

А испанский — он, возможно, в чём-то и ближе к русскому, чем даже славянские. Ну в каком ещё языке говорят так же, как у нас: «y blanco, y negro” - “и белый, и чёрный» (и да, в латинских странах не рискуешь нарваться за использование слова «негр», потому что от своего прилагательного «negro” они пока что не собираются отказываться).

Но более того, как по-испански сказать ни белый, ни чёрный»? Так и сказать: «ni blanco, ni negro”. Вы такое родство с русским где-нибудь ещё видели?

Нет, ну есть, конечно, некоторые расхождения в лексике. Скажем, мы говорим «лунА», а испанцы - «лЮна». Или мы говорим «кобыла», а они - «caballo”. Но не «хорс» и не «мун», прошу заметить. А к этим маленьким отличиям — можно привыкнуть.

И вот в фонетике — тоже. В целом там всё очень просто и внятно, в испанской фонетике, но что может напрягать русскоязычного человека — у них все гласные артикулируются, даже в безударных позициях. Поэтому когда в магазине покупаете мороженую курицу, pOllo – следите, чтобы не звучало как pOlla. Ибо последнее, в разговорном языке, - не то, чтобы прямо уж «хуй», но вот как «пиписька», что ли.

Вообще, у испанцев нет по-настоящему жёстких ругательств, связанных с сексом и его причиндалами, несмотря на католицизм в анамнезе. То есть, какие-то половые мотивы могут использоваться для оскорблений, по смыслу, но даже вульгарные половые обозначения, можно сказать, не имеют собственного какого-то очень шокирующего звучания.

Поэтому, конечно, полицию в магазин не вызовут из-за этого polla – но девчонки-продавщицы пофыркивать будут. Поэтому лучше взять себе привычку выговаривать гласные так, как имели в виду, а не куда там эхо выведет.

И все гласные в испанском, на самом деле, произносятся, с одной стороны, артикулированно, с другой — напряжённо, кратко. То есть, девочка в песенке — могла, конечно, выводить «бесаме мууууучо», но в жизни испанский язык скорострельный, тянуть даже ударные гласные не принято (хотя, конечно, говоры разные есть). Но вот на чём можно отыгрываться эмоционально — так это на дифтонге ie. Можно говорить siempre, tienes, tienda, viento – и при этом представлять себе, как щиплешь за попку всех одноклассниц, каких в школе не успел, и улыбаться. А улыбка — ценится в южных краях.

На том, пожалуй, и закончу сегодняшнюю заметку.

P-s.: Чего-то когда писал, с устатку и примороченности действительно не шли в голову примеры, где бы дифтонг ie был в безударной позиции. Хотя реально-то на поверхности, в самом что ни есть лексическом минимуме.
Nadie - "никто". Ударение - на A. А ie произносится пусть не так "пинцетно", как под ударением, но скорее как "ье". "НАдье". Если в чьей-то речи и звучит i, то мимолётно.

Tags: лингвистика, эспаньоль
Subscribe

  • На смерть Филипа Эдинбургского

    Если жёнушка Гарри жалуется на некоторую «неполиткорректность» со стороны тестя, принца Чарльза — то лишь потому, что мало…

  • И животноводство...

    За пулькой зашла речь о перспективах российского индустриального развития (употребим именно это слово, из дежурного сострадания) — и виконт…

  • Занятная особенность безо всяких холиваров

    Хоть я и олигарх («планетарх»), как известно моим постоянным читателям, но люблю порой делать что-то такое незамысловатое, но полезное…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments

  • На смерть Филипа Эдинбургского

    Если жёнушка Гарри жалуется на некоторую «неполиткорректность» со стороны тестя, принца Чарльза — то лишь потому, что мало…

  • И животноводство...

    За пулькой зашла речь о перспективах российского индустриального развития (употребим именно это слово, из дежурного сострадания) — и виконт…

  • Занятная особенность безо всяких холиваров

    Хоть я и олигарх («планетарх»), как известно моим постоянным читателям, но люблю порой делать что-то такое незамысловатое, но полезное…