artyom_ferrier (artyom_ferrier) wrote,
artyom_ferrier
artyom_ferrier

Categories:

Постижение языков через изнасилование мудрости.

Когда в «методических» заметках об изучении иностранных языков я говорю, что в наших кругах через три месяца занятий «студент» с нуля достигает способности выдавать себя за прирождённого носителя языка, - люди, естественно, не верят.

Но на самом деле три месяца — это преувеличение, это взято с очень большим запасом. В действительности, студент может выдавать себя за прирождённого носителя изучаемого языка — с первой минуты. Только что, он производит впечатление немножко... заторможенного в развитии носителя, когда его словарный запас сводится к oh boy, c'mon, yeah, shit, nope (в случае с английским). Но что точно — никто не подумает, никто даже мысли не допустит, будто бы он знает какой-то другой язык лучше данного и, перед тем, как что-то сказать по-английски, про себя формулирует мысль на своём родном языке, а потом переводит, шурша в голове страницами словаря.

Почему так никто не подумает? Потому, что от этого мы отучаем сразу же и категорически. И в этом всё дело. Производить впечатление носителя языка — это не значит быть в состоянии выступать с кафедры в Оксфорде, поражая публику своим красноречием. Это значит — не внушать людям подозрение, что ты думаешь на каком-то другом языке прежде, чем переложить на этот. А для такого эффекта — ты просто не должен этого делать.

В действительности, люди и не думают в вербальной форме. Этот процесс, думание, вообще пока что лишь исследуется (и долго ещё будет исследоваться), но совершенно точно, что в голове у человека нет этакого телеграфного аппарата, который бы выбивал на ленте: «Надо по дороге купить помидоры зпт а то жена будет ругаться тчк». Первичные мыслеформы имеют несколько иной вид. И чтобы облечь мысли в слова — человек и на родном языке совершает некоторое преобразовательное усилие, чтобы породить фразу и высказать её. Ну и в этот момент — его мозг нужно перехватить. Чтобы он преобразовывал первичный мыслеформы во фразы не на родном своём языке, а на том, который нужен. Про родной же — он должен вовсе забыть, что знает его. Ну, не навсегда, конечно, а вот на то время, когда пользуется другим.

Это непростая задача, но человек, по хорошему счёту, никогда не научится говорить «как носитель» - если не решит её. Потому что носители — не составляют в голове фразы на другом языке и не шуршат мысленно словарями (если же шуршат, то лишь своими родными, толковыми, подбирая наиболее подходящий какой-нибудь термин).

Таким образом, первейшая задача, которая стоит при изучении иностранного языка — это не столько даже наращивание его (!) инструментария, сколько вышибание из головы (временно) какого-то другого.

Когда же это удаётся, эффективно запретить студенту даже думать на родном языке — у него образуется коммуникативный вакуум или «вербальная асфиксия». Человек — это же коллективное животное, оно испытывает большой дискомфорт при дефиците общения. Старается восполнить его любыми средствами. Вплоть до того, что Робинзон Крузо разговаривал с козой и даже чуть не сделал предложение, но тут появился Пятница :-)

И когда «отрезан» родной язык — человек начинает не с плаксиво-ленивой миной, а добровольно и рьяно впитывать в себя те слова и обороты, которые всё-таки позволяют ему выражать свои мысли и общаться. А задача инструктора — помогать ему в этом, подсказывать простые, но естественные для изучаемого языка способы самовыражения.

Само собой, поначалу возможности изъясняться на еле-еле знакомом языке будут очень скудные. Едва ли выражений c'mon, oh boy и shit будет достаточно, чтобы производить впечатление интересного собеседника и успешного члена общества. Но если продвинуться хоть чуточку дальше — то уже всё возможно.

Вот возьмём, скажем, Виталия Кличко, мэра Киева. Он успешный спортсмен, успешный политик. Но что до его риторического дарования, то многие находят его... своеобразным. Однако же, думаю, никто не сомневается в том, что он — нейтив спикер (вероятно, русского языка, ибо по-немецки и по-украински, насколько могу судить, он говорит ещё... своеобразнее).

Можно взять и Дональда Трампа, свежайшего президента США. Те, кто знает английский и слушали его выступления, думаю, не станут спорить, что говорит он ОЧЕНЬ простым языком. Не то чтобы вульгарным (хотя иногда и это), но — простым. Очень ограниченный набор слов, очень короткие фразочки, которые он этак «коммивояжёрски» повторяет по нескольку раз, чуть изменяя, для пущей убедительности — но вот, этого оказалось достаточно для победы на выборах. Причём, понятное дело, что Трамп — довольно образованный человек, учившийся в элитных учебных заведениях. Но для общения с публикой он выбрал очень простую риторическую манеру — и, кажется, не прогадал.

Можно вспомнить и Дабью Буша. Он, вообще-то, не идиот, как думают многие, но он действительно имел некоторые проблемы именно с красноречием, со способностью выражать свои мысли красиво и бойко. Тем не менее, сомневаюсь, чтобы кто-то полагал, будто его родной язык какой-то другой. Нет, безусловно он нейтив-спикер.

Соответственно, под данным понятием, нейтив-спикер, может подразумеваться не обязательно очень хороший уровень владения языком. Это даже вовсе не имеет отношения к делу. Под этим понятием подразумевается, что язык для человека родной, что никакого другого он не знает лучше (даже если и этот — знает хреново). И, как видим, даже явное косноязычие в родном языке — не всегда является помехой в достижении довольно высокого социального статуса.

К этому, собственно, мы и стремимся, обучая студентов. Чтобы они не производили впечатление иностранных шпионов, каковыми в действительности являются. Косноязычных тугодумов — возможно, но не шпионов.

Но, конечно, не всем людям и не всегда хочется смотреться косноязычными тугодумами, поэтому они пытаются, и очень энергично, расширить свои языковые возможности.

Здесь главная задача инструктора - «разболтать» студента, помочь ему преодолеть робость и страх перед языком. Научиться чувствовать себя раскованно и уверенно, даже если вокабуляр и грамматический инструментарий пока ещё очень скромные. Но всё равно он должен чувствовать себя так, будто говорит на СВОЁМ языке, и ниипёт! Ибо два краеугольных камня освоения языка — это шизофрения и нахальство. То есть, студент должен, хотя бы временно, на самом деле думать, что это ЕГО язык. И плевать, кто что подумает про его речь. Вот мой язык — поэтому что хочу, то и делаю с ним.

Вообще, вот чем меряется истинное владение языком — так это способностью шутить на нём, кривляться, выпендриваться, привносить что-то новое, создавая свой этакий фирменный разговорный стиль. Именно это — помогает лучше всего отделаться от мысленного посредничества своего родного языка, который становится просто не пришей рукав.

И тут хочу упомянуть один полезный хинт, полезное упражнение.

Вот я уже писал прежде, что следует осторожно относиться ко всяким там идиомам, пословицам и поговоркам. Иностранцы, черпающие их из сборников и вворачивают по всякому поводу для «оживления» речи — зачастую производят несколько такое лунатичное впечатление. Потому что наряду с действительно расхожей фразеологией и идиоматикой, они сыплют чем-то таким, что никто не употребляет в быту последние лет полтораста. И если ты вычитал какую-то поговорку в сборнике — то лучше убедиться, что она вовсе актуальна, прежде чем пускать в оборот.

Но есть хорошее альтернативное решение. Пословицы, поговорки, цитаты великих мыслителей — можно изобретать самому. Это даже гораздо продуктивней и прикольней, чем выискивать их в идиоматических справочниках.

Особенно хорош был в этом Лёшка Зимин. В начале нулевых он был моим первым стажёром, и в том числе мы занимались английским. Он, хотя вовсе не был отличником в школе, но очень сообразительный такой был паренёк, при этом чертовски артистичный и весёлый. Собственно, он таким и остаётся, с той лишь разницей, что сейчас это матёрый хищник, тем более опасный, что незнакомцы по-прежнему видят в нём чуть ли не школьника :-)

Ну и тогда он, кое-как пообвыкшись с инглишем под моим чутким руководством, открыл для себя (да и для меня) новый жанр разговорного творчества.

Этак задумается, бывало, в беседе — и изрекает по какому угодно поводу: «Well, as they say in China, you don't need much honey to catch a hedgehog in the desert”.

What? Who the hell says this kind of shit in China?”

How can I know, who? There are hundreds of millions in China. Somebody most certainly must say this kind of shit. And just don't ask me what the hell it's supposed to mean. It's China, man. I'm not from there, Ok?”

Ну или, с такой же чуть ли не лирической многозначительностью и проникновенностью: «As the saying goes, even a green sun never gets any louder”.

What? What on Earth being green has to do with being loud, and what on Earth being loud has to do with a sun?”

Well, I don't say it makes any sense. It's just a word of wisdom. Such things are not supposed to make sense”.

Ну и вот мы так могли часами с Лёшкой болтать, и это было весело. Но и эффективно. Ибо это в школе, при изучении иностранного языка, почему-то исходят из идиотского предположения, что ты должен заботиться об осмысленности своей болтовни, о её фактологической достоверности. Что, конечно, оказывает дополнительное давление на неокрепшие детские мозги, пугает их и сковывает. Несчастное дитя начинает бояться не только что накосячить с грамматикой языка, но и допустить ошибку «по существу» того, что оно рассказывает.

Хотя «существо» должно быть — чистое пиздобольство. Вот болтай, что угодно, от вольного, неси любую ахинею в своё удовольствие, только б это было живо и непринуждённо.

И ты вовсе не обязан отвечать правдиво на какой угодно вопрос. Ты можешь врать, как бог на душу положит. Потому что твоя задача — изначально лукавая. Ты должен изображать видимость, будто бы твоим родным языком является неродной. А значит, тебе нужно напялить на себя некий сценический имидж.

И вот тебя просят рассказать о своей семье. Думаешь, учителю очень интересно твоё натужное мычание, где ты пытаешься подобрать слова для описания реальной твоей семьи? Нет, гораздо занятнее услышать от тинейджера что-то вроде такого:

Well, it's a total mess, my family. My daughter is pregnant, for two years by now. And my wife seems to... like, she just doesn't give a shit at all. Well, to say the truth, she's not even sure the daughter is hers. I mean, she was somewhere out there, my wife, when our daughter was born. Actually, they first met at my daughter's sweet sixteen. And to make things even worse, my little brother is now with ISIS. He always liked to cut his foreskin off, he used to do it every Friday, it was just like shaving to him, but who could tell he would go that far?”

Честно, не знаю, как там в обычных школах нынче, но у нас — очень приветствуется такой полёт фантазии на языковых уроках. Это ж очень хорошо, когда изучение языка воспринимается как повод постебаться и порезвиться.

Однако ж, вот что касается изобретения мнимых пословиц и мудрых высказываний в порядке бредогенерации, то оно имеет и вполне практическое коммуникативное значение. Тот же Лёшка Зимин — запросто мог где-нибудь в Калифорнии подкатить к девице и, между делом, сказать что-нибудь вроде: «As George Washington said, if you want to put a watermelon in your pocket, you should have a real big pocket, and that's it”.

Девица фыркает — вот от того, с какой серьёзностью это произносится. Они, в Калифорнии, преимущественно либералки — поэтому очень приветствуют стёб над монументальной какой-то высокопарностью. Тем более, в неподражаемо артистичном Лёшкином исполнении.

Поэтому игра в изобретение «афоризмов» и «пословиц» - она может быть полезна на любом уровне. Главное — её начинать можно на очень раннем этапе обучения, когда доступны ещё очень немногие слова и грамматические конструкции. Но всё равно — можно творить, выдумывать, пробовать.

«As they say in the country I'm from, you cannot dance with a bear unless you want to”.

As the saying goes, a pig in a wig cannot dig”.

Alexander the Great said: As if we could run away, gentlemen. Just go ahead and be heroes”.

Это всё лексика — которая ну на второй неделе интенсивного обучения в условиях «вербальной асфиксии» осваивается. Хотя можно и раньше начинать. Главное — почувствовать, что ты истинно владеешь языком, когда сам можешь на нём «мудрость» производить (комическую в том числе и прежде всего). Использовать этот язык для дуракаваляния — а с этого и начинается настоящее владение.

И, разумеется, речь идёт прежде всего о развитии разговорных навыков. То есть, о способности понимать собеседников и самому изъясняться на этом языке. При этом — в целом пофиг на какие-то речевые ошибки, которые не выглядят уж слишком вызывающими, которые затрудняют понимание.

На своём родном языке — никто не говорит без ошибок, без отклонений от академической нормы. Ну, почти никто. А уж в непринуждённой «бытовой» речи — заведомо неизбежны ляпы и у самых что ни на есть коренных носителей.

Да по хорошему счёту, в разговорной беглой речи вообще никто (кроме иностранных шпионов, не умеющих маскироваться), не произносит, не артикулирует всё и вся. И в реальности мало что произносится именно так, как представлено в словарях с транскрипцией и даже, сейчас, с наговоренным произношением. Нет, это может быть полезно — но не следует надеяться, что в слитной беглой речи оно именно так будет звучать (и что естественным такое звучание будет восприниматься). Тут гораздо важнее уловить «мелодику и ритмику» речи, понять, что на самом деле подчёркивается в ней, а что попросту проглатывается, замешивается в этакий невнятный «компост», из которого колосятся значимые элементы речи.

Но это отдельная большая тема, постижение истинного(!) произношения в живом(!) языке. В другой раз.

Да, как при этом максимально уклончиво ответить на прямой вопрос «Where are you from?”, чтобы не внушить подозрений? Замечу, в Штатах вы никому не обязаны отвечать на этот вопрос, если речь не идёт о правительственной службе, и вам достаточно дать понять, что не хотите об этом говорить — как люди устыдятся, что вообще спросили.

Я, помнится, один раз на тусовке в той же Калифорнии ответил: «Сорри, Ай эм нот осорайзд ту ревил зис кайнд оф информэйшн. Ит из стриктли классифайд».

После чего сыскался один гуру (тусовка была в каком-то роде окололитературная, окололингвистическая), который полчаса мне мозг выносил на тему того, что я, хотя забавно, но очень неправдоподобно изображаю русский акцент, и если я заинтересован, он мог бы дать мастеркласс, чтобы меня на самом деле могли принять за русского.

Он славный был мужик, из эмигрантов ещё советского времени, и в отличие от многих брайтонских жопосидов — он-то кое-как поднялся даже, когда в принципе был приглашён на ту вечеринку. Но он меня так достал, что у меня было сильное искушение сказать, поднимая очередной бокал шампанского и с улыбкой, по-русски: «Чел, я всего лишь простой офицер кей-джи-би, я не смогу постичь эту науку, я никогда не смогу изобразить действительно правдоподобный русский акцент». А потом сделать вид, что ему это примерещилось. Но я воздержался, поскольку, во-первых, хрен его знает, что бы с ним сталось от такой картины, а во-вторых, там были люди, которые знали, что я русский, и угорали от попытки продать мне мой акцент.

К чему это? Да к тому, что если б тот крендель знал, что я русский — он бы искал и находил русский акцент в моей обычной, а не карикатурной английской речи. Но поскольку наш принцип «наглость — второе счастье», мы учимся вести себя в стране пребывания (будь то хоть и Штаты) так, как будто это наша страна, это наш язык, а вот копы всякие — понаехали тут, понимаешь :-)

А уж когда местные какие-нибудь ребятишки, штуки три, подваливают на улице и спрашивают, с какого ты района (ради справедливости, в последние десять лет — редкость нарваться на такое в Штатах) — тем более отвечаешь:

«I'm from a town called “Go fuck yourselves”.

That was rude, man”.

Yeah, I know. They ARE rude there. Harsh neighborhood. Nothing like this one, which seems pretty nice”.

Если продолжают чего-то качать — тогда, конечно, от языковой практики приходится перейти к арифметической.

So, we're likely to have a problem here. A math problem. Seventeen bullets of mine and six balls of yours. You have all your balls in place, I hope? What the solution might be?”

Но на самом деле, это для большинства американских городов — вообще умозрительная ситуация, встреча с какими-то гопниками (для российских в последние много-много лет — тоже, впрочем).

Тут важна просто установка, что страна, где ты находишься — это сейчас твоя страна, и её язык — это твой язык, и даже её гопники — это твои гопники. Но главное — язык. Он — твоё достояние, а не какой-то гнёт над тобой, и ты волен использовать его как своё достояние.

Tags: инглиш, лингвистика, педагогика
Subscribe

  • Украина, Россия и Чехов

    Многие сейчас всерьёз приморочились будто бы неминуемым обострением российско-украинского конфликта. Иные эксперты уж инструкции публикуют, как…

  • Байден, Зеленский, Путин

    Разговор Байдена с Зеленским длился целый час. Правда, двадцать минут из этого времени президент США вспоминал, кто такой Владимир Зеленский, и ещё…

  • О предустановке российского софта

    С первого апреля наконец-то вступает в силу давно вымученный закон о том, чтобы все мало-мальски умные девайсы, продающиеся в России, имели…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments

  • Украина, Россия и Чехов

    Многие сейчас всерьёз приморочились будто бы неминуемым обострением российско-украинского конфликта. Иные эксперты уж инструкции публикуют, как…

  • Байден, Зеленский, Путин

    Разговор Байдена с Зеленским длился целый час. Правда, двадцать минут из этого времени президент США вспоминал, кто такой Владимир Зеленский, и ещё…

  • О предустановке российского софта

    С первого апреля наконец-то вступает в силу давно вымученный закон о том, чтобы все мало-мальски умные девайсы, продающиеся в России, имели…