November 21st, 2019

Как обходиться со своими белыми привилегиями

Так получилось, что посматривал в последнее время блоги некоторых здравых (то есть, политически правых) американских ребятишек, и одна из важных тем для них «белая самцовая привилегия и с какого хрена я должен за неё каяться».

Я, честно, тоже не понимаю, с какого бы хера именно они должны уделять этому столько внимания, если для себя лично считают, что тут не в чем каяться.

Совсем честно — я вообще не знаю, что должно случиться в моей жизни, чтобы мне захотелось покаяться. Я даже не знаю, при каких обстоятельствах начать испытывать стыд. Моя сестра свершит прелюбодейство с таукитянином? Но у меня нет сестры, а если б была — это её личная жизнь.
Но что до привилегий — то я выработал несколько необычный, возможно, подход к ним ещё в средних классах школы.

Та советская школа, где я учился — была весьма «мажорской». Нет, официально там не было ни платы за обучение, ни каких-то требований к «педигри» учеников, но были — не вполне официальные, однако весьма жёсткие экзамены даже на первые классы (а я туда включился с третьего).

И вот я чуть не пролетел на экзамене, написав «чувство» в своей манере, где «слабозвучное в» выносил во второй ярус — так, что училка решила, будто я не знаю, что это «в» там есть. Но тут Батя пояснил: «Он так всегда пишет, летописей насмотрелся с тамошней диакритикой».

Возможно, Батя меня протолкнул бы в эту школу в любом случае, будучи профессором филфака, у которого хотели бы учиться многие племянницы или дочки школьного педсостава.

Но, при всём блате, там реально очень высокий был вступительный уровень. Который обеспечивался, во многом, тем, что это были, преимущественно, дети очень непростых родителей, которые, во-первых, сами довольно образованные люди были, по советским меркам, даже всякого рода чиновники, а во-вторых — могли нанимать репетиторов.

Хотя попадали в нашу школу и ребятишки с улицы, достаточно бойкие, чтобы вписаться. И у нас не было имущественного расслоения, поскольку мы активно играли в карты (то есть, в ранних классах — в фантики на подоконнике, а потом — в карты).

Collapse )