December 26th, 2017

Люди то ли нелюбопытны, то ли слишком эрудированы

Вот я в давешнем своём посте о былом величии Новгорода помянул некоего выдающегося мыслителя, живописца, беллетриста по имени Онфим Новгородский. От которого, в отличие от многих иных прочих возможных новгородских писателей, остались его творения, запечатленные в берестяных грамотах.

Но вот никто не спросил, что это за примечательная такая личность. То ли неинтересно - то ли неужто и раньше сами знали, кто это такой?

Пара слов о древнерусской письменности

Помню, один юноша, братишка моего коллеги, мальчик в целом смышлёный и дружный со словесностью, как-то, лет в четырнадцать, возмутился: «А зачем вообще нужно было заимствовать эту кириллицу у греческих попов? Сами славяне, что ли, не могли своей письменности создать?»

Я сказал: «Ну вот сядь и создай».

Что Саша легко и выполнил. Сел — да и сваял свою систему «крокозябр». И принялся объяснять: «Вот, вместо «А» - у меня будет такой значок. Вместо «Б» - вот такой».

Я помотал головой: «Не-не-не, Санёк. Этак и ирландцам несложно было забахать «тайное» огамическое письмо, составив кодовую книжку на латинице. Но это не называется «создать свою письменность». Это называется «создать свои новые крокозябры, значки, не более того». А так-то подразумевается, что у тебя нет резервной системы письменности, на которую ты мог бы опереться, делать какие-то пометки. С нуля — это значит с нуля».

К чести Саши, он выполнил и эту задачу. Стал записывать своими значками первую строфу «Евгения Онегина», следя, чтобы не было лишних повторов, и так запомнил.

Молодец.

Но всё-таки он, хоть и шалопай (тогда был), но парень, за плечами у которого три тысячелетия письменной культуры. Он до такой степени понимает, насколько нужна письменность, что не может понять, когда бы она могла быть не очень нужна. А это весьма вероятно.

Collapse )