November 20th, 2016

Псковские Бонни и Клайд

Человечество любит красивые авантюрные и романтические истории...

Двое влюблённых, решивших бросить вызов бездушной и неумолимой Системе, восставшие против несправедливости мира холодного чистогана. Они стремились к свободе. Они колесили по дорогам, весело и лихо. Они грабили награбленное: в банках, придорожных мотелях, магазинах и заправках. За ними по пятам рыскали целые стаи гончих в форме и штатском, но храбрецы ускользали раз за разом. И Бонни писала стихи, а Клайд фотографировал её, элегантно позирующей на фоне очередной трофейной машины. Их фотки и стихи публиковали газеты. Публика была в восторге. Пока наконец, увы, подлые наймиты Системы не заманили героев в засаду и не прикончили со всем коварством. Такова история Бонни и Клайда, как она часто подаётся в массовой культуре. В кинематографе, в песнях, в народной памяти тех, кто был далеко от сцены событий.

Есть, правда, и другой взгляд на эту сладкую парочку. Как на двух конченых, обиженных жизнью отморозков, много месяцев терроризировавших несколько штатов, в трудные времена Депрессии, пользуясь слабостью сил правопорядка. Грабивших, что и кого приглянётся, убивавших людей порою безо всякой причины, от дурного настроения или по пьяни, грохнувших десятки — и полицейских, и гражданских. Поэтому неудивительно, что когда их наконец прижали — не были особо заинтересованы в том, чтобы взять живыми, мягко говоря. С тех пор полиция любой страны взяла себе за правило: если какие-то романтики, какая-то влюблённая парочка убедительно убедительно показала, что не прочь делать трупы — то пусть трупа будет два, не больше. И полицию трудно осуждать за такой подход.

Collapse )