October 4th, 2014

Немного конспирологической лингвистики

Намедни заезжал на Калужскую плантацию, давал урок английского своим невольничкам. Продвинутая группа, их мы готовим «на экспорт». Чисто, в трюм и за море. Раскидаем по подкрышным шарагам бюро «Винланд».

В принципе, ребята неплохо болтают, их и без меня поднатаскали, да и отбирали самых толковых, но я просто хотел заценить самолично.

И вот один парень, не важно, в каком контексте, допускает такой не языковой даже, а культурологический ляп. Говорит: The Dog of Baskervilles. То есть, калька с русского перевода.
Поправляю: “The Hound of the Baskervilles”

И у нас зашёл разговор, чем dog отличается от hound.
Объясняю: в принципе когда-то hound (близкородственное немецкому hund) обозначало любую собаку. Но потом появилось dog, из норвежского, скорее всего, как обозначение боевой собаки – и вытеснило. Hound теперь это или «гончая», или, если уж «собака в широком смысле» - то воспринимается как архаично-поэтичное. Ну как про коня – «одр» сказать. И в английском названии повести присутствует этакий мистический шарм. Который, к сожалению, на русский передать невозможно.

Тут один паренёк, Костик, озадачил вопрос: «Артём, а почему вот во всех европейских языках собаке так не везло?»
«В смысле?»
«Ну вот всё какие-то заимствованные слова для собачек, а исконных не осталось. И везде – разные. Hund, dog, chien, perro, собака».

Да, это действительно может показаться странным, поскольку, как правило, слова заимствуются вместе с вещами, их обозначающими. А если уже есть своё исконное для какого-то предмета – зачем заимствовать? Так, собственно, ищут прародину этноса – по названиям животных и растений в языке.
И уж собака-то – она у всех народов была с давних-давних кроманьонских времён, ещё задолго до выделения индоевропейской семьи, не говоря уж о её распаде на кельтскую, италийскую, германскую, славянскую группы.

Тем не менее, действительно, так получилось, что в европейских языках у каждого своё, не связанное с единым корнем, обозначение собаки. Разве лишь французское chien восходит к латинскому canis – но и только.

Русское «собака» - явно тюркского происхождения. Хотя прежде было (да и есть) своё, общее для всех славянских, слово «пёс» (с вариациями, естественно). Но откуда этот «пёс» - пёс его знает. Индоевропейского корня не прослеживается. Есть теория, что изначально это относилось не к любой собаке, а только к северным, с густым мехом, типа лайки (поэтому сохранившееся до сей поры – «густопсовый» или «как пёс лохматый»). А значит, заимствование могло быть от финноугорских народов, обитавших здесь ранее и севернее, но, опять же, непонятно, от какого слова оно там могло бы происходить.

Впрочем, подобное вытеснение можно объяснить. Именно тем, что на каком-то этапе от соседнего народа, с которым вступали в контакт, получали новую породу собаки, а её название потом генерализировалось на собаку вообще. Да и в принципе, названия других домашних животных – тоже очень разнобойные в языках единого корня, хотя по идее слова для обозначения этих тварей должны были появиться ещё в период совместного проживания праиндоевропейцев в Причерноморских равнинах.

Сказал об этом «студенту» этому пытливому, Костику.

К слову, он действительно очень резвый умом паренёк, и к языкам отличные способности имеет, и память цепкая, и артистичный. В своё время занимался довольно забавным мошенничеством. Выдавал себя в клубешниках за сына американского конгрессмена, будто стажируется при посольстве, знакомился с мажорскими детишками и разводил их родителей на бабло за те или иные услуги. Визу, там, без проволочек чтоб оформили. И если проволочки всё же оказывались – честно возвращал бабло. «Извините, тут, наверное, CIA вами интересуется, мы ничего поделать не можем».

Но один раз позарился на слишком большой куш, тормоза отказали – и опустил довольно серьёзных дядечек, из числа тех, что лучше вообще не знать, что такие на свете бывают. Валить бы они, наверное, восемнадцатилетнего пацана не стали – но… в конце концов, он рад был, что я купил его у ментов за полляма и разрулил вопрос с этими «терпилами» ко всеобщему удовлетворению (правда, пришлось для этого уже реального конгрессмена подключить, чтобы им дали добро на бизнес-проект в Стейтсах).

Ну и вот Костик, выслушав мою лекцию, оспаривает:
«А как же кошки?»

Да, с кошками – случай особый. Действительно, во всех европейских языках название кошки – одного корня и очень древнее. Кот-cat-katze-chat-gata. Явно из семитских заимствовано, возможно, и к древнеегипетскому восходит (ну, где кошки и были приручены и более всего ценились). И за всё это время действительно название кошки ничем не вытеснялось.

Я мог бы изобрести на сей счёт какую-нибудь лингвистическую теорию, но, думаю, здесь не обойтись уже и без политологии (и конспирологии).

Вот самый простой вопрос: кто реально правит миром?
Многие считают, что евреи, поскольку они сидят на финансовых потоках, контролируют медиа, и всё такое.

Люди более искушённые – знают, что миром правят гипербореи, варяги. Которые около тысячи лет назад захватили Европу от тайги до британских морей, в буквальном смысле, и все самые влиятельные аристократические рода имеют норманнское происхождение. И пусть кому-то кажется, что в последнее время значимость норманнской аристократии несколько поубавилась – но это только кажется. На самом деле, мы не для того захватывали Европу и рассаживали прирученных нами евреев на денежные потоки и медиа, чтобы сдать реальную власть хрен знает кому, каким-то народным сборищам покорённых нами аборигенов, от Уэльса до Урюпинска.

Но ещё более проницательные люди – верят, что миром правят греки через медицинское братство, осенённое змеёй Асклепия. Ведь медицинская мафия – самая могущественная, самая «щупальцастая». Сенатор может не прогибаться под банкира, и наоборот, но под своего врача – прогибаются по-детски безропотно все эти геополитические старпёры, якобы держащие в руках ниточки меридианов и параллелей. А значит, в действительности всё решают именно врачи. «Доктор, у меня мигрень опять разыгралась, что делать? - - Дайте подумать. Таблетка аспирина – и введите, пожалуй, войска в Боснию - - И аспирин поможет? - - Только вместе с Боснией». Ну а врачи – это именно греческий орден. Они же все клятву Гиппократа приносят. И чему, вы думаете, их учат по шесть лет в вузе да потом ординатура-интернатура? Как людей резать? Этому за полчаса научиться можно. Нет, их учат, как хранить верность братству. Показывают, что без него они никто, а с ним – боги.

Да, мне доводилось слышать все эти теории, и они кажутся весьма основательными.
Но на самом деле, если вы правда хотите знать, кто правит миром – так это кошки.
Вот казалось бы, совершенно бесполезная тварь (или кому-то и современных городских жителей так уж нужна защита амбара от мышей?) Зачастую – и довольно вредная, сволочная даже тварь. Но как они с нами обращаются? Как с рабами! И как мы это терпим? Да как рабы! Исполняем все их прихоти, потакаем любым капризам, и всё готовы простить, стоит этой тиранше замурлыкать у нас на коленях.

Думаю, кошки обладают телепатическими способностями. Иначе не объяснить ту сатанинскую власть, какую они имеют над людьми. И банкирами, и сенаторами, и докторами.
Даже когда нам кажется, что кошка требует от нас всего лишь пожрать – на самом деле она может внушать нам мысль ввести войска в Боснию. Да так, что нипочём не догадаешься. И потом, если ты доктор, ты пойдёшь к своему пациенту-политику, и пропишешь такой рецепт, а его кошка – подкрепит его. И кошка банкира тут как тут – тоже внушает ему, что надо профинансировать операцию.

Вот так устроен этот мир на самом деле. И вот почему имя кошки – неизменно во всех языках, его воспринявших. Потому что двуногие кормёжники должны помнить, как зовут их госпожу, а не изгаляться над её божественным именем.

Но с другой стороны, власть кошек может быть и не такой уж плохой штукой. Вот у Путина их нет – и что вышло? Явно, Конни ему чего-то не того набрехала. Будь над ним правильная кошка – она бы, может, кое-что и пустила коту под хвост, но уж точно не весь миропорядок к чертям собачьим.