artyom_ferrier (artyom_ferrier) wrote,
artyom_ferrier
artyom_ferrier

Ещё раз о территориальной целостности и "московском сепаратизме"

Всякий раз, когда я заявляю, что в целом против развала РФ, некоторые люди недоумевают: «Да что же, для вас так «сакрален» этот вопрос, о территориальной целостности государства?»

Ну, в действительности для меня вообще не очень «сакрально» хоть что-либо, относящееся к государственности. Я человек довольно буржуазный (хотя феодализм — тоже бывает круто :-) ), по убеждениям, можно сказать, либертарианец, поэтому государство как таковое — для меня не священная корова. Так, всего лишь вынужденная неизбежность, проистекающая из склонности людей собираться в большие коллективы и устанавливать властную иерархию. Когда же это есть объективно — приходится желать, чтобы по крайней мере вопросы борьбы за власть определялись неким рамочным соглашением, во избежание нескончаемой тотальной бойни. Это соглашение — для меня и составляет суть и смысл государства. При этом, конечно, конкретное содержание этого соглашения, как и область его действия — могут трансформироваться сообразно реальным нуждам.

По хорошему же счёту, я нахожу сам по себе принцип национально-территориальной юрисдикции — несколько атавистичным. «Ты здесь родился, сынок, ты принадлежишь к нашему племени, ты должен разделять его ценности, а именно: обгладывать берцовую кость поверженного врага справа налево, а не слева направо, как это делают грехопадшие еретики, живущие за рекой!»

Ну, немножко устаревший подход. Ей-богу, в современном мире всё больше складываются предпосылки к тому, чтобы совместное проживание людей на какой-то территории — не было решающим фактором, определяющим их отношения. В смысле, люди могут жить на разных сторонах глобуса — и иметь гораздо больше точек соприкосновения, нежели чем с жителями соседней деревни. Поэтому мне видится неизбежным постепенная смена территориальной юрисдикции — корпоративной, избираемой добровольно и осознанно вне зависимости от места жительства. И уже намечается во многих сферах параллельное сосуществование национальной и транснациональной юрисдикций. Что я нахожу замечательным.

Тем не менее, я против сколько-нибудь резкой и порывистой смены этого самого «рамочного соглашения» о распределении властных полномочий - именно потому, что это бы означало произвол и беспредел. И покуда имеет всё же значение национальная юрисдикция над какими-то территориями — видится нежелательным волюнтаристское, нахрапом перекраивание границ.

То есть, я не настолько наивен, конечно, чтобы верить в неизменность(!) границ. Они меняются, естественно. Но я нахожу неплохим принцип нерушимости(!) границ. То есть, пожелание, чтобы они не менялись одной лишь грубой силой без добросовестных и взаимоуважительных попыток договориться о смене юрисдикций в целях минимизации ущерба для всех заинтересованных лиц. Поэтому, собственно, так плохо и отношусь к этой идиотской авантюре Кремлёвских с захватом Крыма и последующей ещё более идиотской авантюре с сепаратистским мятежом на Донбассе, имевшей, похоже, единственную цель — развязать войну для прикрытия воровства («Эпического Дерибана») в исполнении российских околовластных элит. Я не потому так плохо к этому отношусь, что боготворю территориальное единство Украины (да ничьё не боготворю). Но я не могу одобрить такие глупые и такие резкие движения, намеренно и крайне провокативно оскорбляющие не самое слабое государство, не оставившие ему никакого выбора, кроме военного ответа на агрессию, и, что ещё хуже, не оставляющие сколько-нибудь приличных вариантов урегулирования проблемы впоследствии.

Конечно, находятся умники, очевидно, попутавшие компьютерные стратегухи и реальность, которые изрекают: «Это всё юридические условности, а на самом деле в мире действует один закон — закон силы. И кто сильнее — тот и прав».

Это очень мило и могло бы даже претендовать на некоторую логичность (пусть и анахроничную) — при одной маленькой оговорке. А именно: если бы у России как у государства действительно была сила. Но её просто нет.

Московия, Российская Империя — всегда была очень нестабильным, очень рыхлым образованием, в кризисные моменты неизбежно начинавшая сомневаться в самой по себе целесообразности собственного существования как единого целого. А уж то, что мы наблюдали в последнем столетии — на нашем жаргоне называют «имперский дребезг».

То есть, такое состояние, когда империя, достигнув максимальной экспансии, оказывается слишком громоздка для эффективного управления и устранения внутренних противоречий, централизованное «самодержавное» администрирование наслаивает неустранимые ошибки, возникают глубокие кризисы власти — и в ходе поиска решений, в процессе «перезагрузки» отваливаются территории.

В семнадцатом так вышло с Финляндией, Польшей, Прибалтикой. В девяносто первом — развал оказался уже гораздо более существенным. Ну и когда политическая элита в Кремля сделала из всего этого лишь тот вывод, что случившееся было «геополитической катастрофой», что крепче гайки нужно заворачивать да трясти усердней — многим кажется неизбежным теперь уже полный развал России.

Что ж, ещё раз повторю: я не желаю этого. Потому что на самом деле стрёмно. Много ядерного оружия, много индустриальных объектов, представляющих экологическую опасность планетарного масштаба — и слишком много неизвестных в случае спонтанного распада РФ.

Но по хорошему счёту, я и распада СССР не желал. В принципе, мне вполне достаточно было отказа от большевистского догматизма, признания личных свобод, включая экономические — что в целом было реализовано в Перестройку. Закон о Кооперации — ну фактически это был такой эвфемизм, прикрывающий переход к рыночной, капиталистической экономике (ну а частная собственность на средства производства — это главное, всё остальное, что есть в Цивилизации, тянется за нею неизбежно).

Тем не менее, уже году в 88-м, когда мне было двенадцать лет, я совершенно чётко понимал, что ослабление идеологического контроля над частной жизнью и над экономикой — скорее всего приведёт к развалу СССР.

Когда я это говорил людям много старше и будто опытней — они смеялись. Ибо — какие тогда были предпосылки к сепаратизму вплоть до распада Союза?

Ну, в Прибалтике — понятно. Они, по хорошему счёту, так и не смирились с советской оккупацией, и не особо даже трудились скрывать своё отношение к ней.

Между Арменией и Азербайджаном только возникали какие-то тёрки вокруг Карабаха (вернее, вновь всплыли имевшиеся исторически разногласия, но в 88-м ещё даже война не началась).

В Узбекистане — были какие-то этнические конфликты с турками-месхетинцами.

В Украине вроде бы существовали какие-то «антимоскальские» настроения, и даже какой-то «Рух» за «самостийность», но это казалось совершенно маргинальными явлениями.

Поэтому мои собеседники не понимали, где я вообще вижу тенденцию к распаду СССР. Когда же я говорил, что главной и решающей силой в этом развале станет сепаратизм России — они советовали попробовать себя в фантастике.

Но у меня, нет фантазии. Я просто с детства привык смотреть на факты и оценивать мотивы людей не по тому, что они говорят, а по тому, что им на самом деле выгодно.

И вот республиканским элитам, несмотря на все заверения в лояльности, в действительности выгодно было превратиться из «сатрапов великой Империи» - в полновластных хозяев на своём клочке земли. И России — в действительности было чертовски выгодно сбросить с себя обязательства по содержанию периферии. То есть, этот эксперимент по воспитанию новой, надэтнической общности «советского народа» был, наверное, по-своему благородным, но уж очень затратным для метрополии. А когда идеологические догматы уступают место рыночной целесообразности — что ж, токсичные активы сбрасываются.

Нет, очень мило, конечно, было тратить чёртову уйму ресурсов метрополии на то, чтобы «приручить» ребят из кишлаков и аулов, включить их в элиту империи (доходя и до полнейшей профанации, вроде льгот для нацменов в учебных заведениях) — но это когда у тебя есть лишние ресурсы на подобного рода эксперименты. А когда у тебя нет лишних ресурсов, когда налогоплательщики, будучи себе на уме, не склонны поощрять твои всеблагие прожекты — ситуация меняется.

И когда региональная элита говорит тебе, мол, у нас тут разгорается национализм и сепаратизм, надо бы подкинуть деньжат-то на погашение — ты пожимаешь им руку и говоришь: «Вот и замечательно, что ваш гордый народ возжаждал свободы! Удачи!»

В действительности, если прибалтийские республики по-настоящему хотели независимости и провозгласили её существенно раньше Беловежского Соглашения, то Среднюю Азию — просто поставили перед фактом, что они теперь добились свободы (которой не особо-то добивались). Но Россия уже не могла себе позволить да и не больно хотела дальше тянуть на себе эти «чёрные дыры» (никакого расизма, лишь экономическая оценка).

По хорошему счёту, и с Британской Империей был похожий процесс. Покуда она занималась колониальным грабежом (искусство, которое хуже удавалось Московии, потому что она изначально шибанутая) — все были довольны. В смысле, метрополия. Но как концепция изменилась, как обстоятельства потребовали того, что теперь в колонии нужно больше вкладываться, чем получать от них, поскольку ты уже не можешь просто нагибать и грабить туземцев, - Англия с величайшей охотой отказалась от своих колоний. И некоторые из них преуспели, некоторые не очень — но для Лондона было главное, что в любом случае это уже не его головная боль, не его расходы.

Что важно отметить — ключевую роль в развале Союза сыграл не столько даже окраинный сепаратизм, сколько — нежелание России содержать окраины, когда они становятся проблемными. И это казалось абсурдом, чтобы Россия, «центровая» республика Союза, его же и похерила — но то было следствием незамутнённого рыночного подхода к геополитике. Что невыгодно — не поддерживается. И мне это было очевидно в конце восьмидесятых, что именно Россия сбросит с себя Союз, и это будет ключевым фактором его распада. А уж когда состоялся этот референдум марта 91-го, где аж 20 процентов людей (прежде всего из России и Украины) проголосовали против сохранения Союза хоть в каком-то виде, обновлённом и улучшенном до категории «рай на земле» (примерно так там вопрос сформулирован был, сколько помню) — ну это означало, что всё, пиздец котёнку. При таком массовом противодействии территориальной целостности — она невозможна (и те 76 процентов, которые проголосовали «за» - естественно, они ничего не решали).

А сейчас, когда я говорю об очень серьёзной вероятности роста прежде всего московского (а не только окраинного) сепаратизма в РФ — ну вот тоже находятся люди, которые крутят пальцем у виска и благодушно посмеиваются.

Ну что ж, я не собираюсь давать оценки или высказывать пожелания — просто опишу ситуацию, как она есть.

Антагонизм между Москвой (включая Питер) и «глубинкой» - существовал в России всегда. Для глубинки «москвичи зажравшиеся» всегда были врагами похлеще «фошыстов и даже пиндосов», для Москвы - «всякое быдло понаехавшее» хуже десанта марсиан (при том, что приезжали-то ещё наиболее деятельные и разумные представители провинции, но делался вывод, что оставшиеся — вообще «орки»).

Кто-то из придворных льстецов норовит, конечно, заявить, что при Солнцеликом этот антагонизм снизился, но на самом деле — усугубился.

Москва (включая Питер) — это, как ни парадоксально, наименее «московитское» явление в современной России. Это наиболее буржуазное, наиболее «прозападное» сообщество. Здесь люди занимаются делом, занимаются улучшением своей жизни, и наименее подвержены каким-то маниям, ради которых должны были бы испытывать тяготы и лишения.

То есть, разумеется, всё относительно, и есть цивилизованные люди и в Ё-бурге, и в Перми, и в Новосибе, и даже в Бодайбо, как верно и то, что в Москве и Питере есть долбоёбы, озабоченные каким-то сферическим величием в вакууме, но относительность выражается в процентах.

И всегда, с девяностых ещё, Москва и Питер давали наименьшие проценты на выборах каким-то демагогам-маньякам. И наибольшие — откровенно прозападным, либерал-буржуазным политикам.

И наиболее значительные протестные выступления против Путина (как очень умеренного на тот момент «авторитарного диктатора», но всё же) — имели место именно в Москве (включая Питер). Всякие там креаклы, хомячки-хипстеры, и прочая буржуазия.

Что от глубинки? Ну, выступление деятеля с Уралвагонзавода, мол, да как же так, воду мутить да крамолу супротив царя-батюшки рядить? Да этак же мы без госзаказов на наши танчики останемся — и что нам кушать? Нет, ежли надо будет — ты только скажи, царь-батюшка, мы вот враз до той Москвы с арматуринами понаедем.

Этого в Москве не то чтобы очень испугались (да кто таких клоунов боится?) - но приняли к сведению. И в глубине души многие подумали: «Ну, придёт время, заберёте вы к себе своего ёбнутого царя-батюшку и будете танчики с ним жрать, твари!»

Серьёзно, московскую буржуазию постоянно упрекали в том, что она думает только о себе, когда надо думать обо всём расейском народе, что уже давно висит вопрос: «А почему б на самом деле не перестать кормить за свой счёт этот самый народ, который только и делает, что грозит нам своими гопняцкими распальцовками да навязывает всякое говно в правители? А не послать ли его в жопу, этот народ?»

Это кажется абсурдом, что Москва кормит Россию, а не наоборот, как привыкли думать многие? Нет, это не абсурд, а правда жизни.

Видите ли, деньги, вопреки убеждениям простодушных людей, растут не там, где добываются всякие ништяки из земли. И даже не там, где существуют какие-то производства. Настоящие деньги — растут и крутятся там, где им приятно расти, крутиться и тратиться. Там, где приятно жить людям, умеющим работать с деньгами. А это умные люди — и они хотят, чтобы рядом жили тоже достаточно умные и приятные люди, а не какое-то обиженное агрессивное быдло.

Поэтому первейшее условие богатства в какой-то местности — это вовсе не наличие природных ресурсов или даже производств. Первейшее условие — существование комфортных условий для проживания умных и деятельных людей, которые в любом случае будут снимать самую жирную пенку с доходов от любых добывающих и производящих мощностей.

Если говорить о России, то Москва — это самый комфортный для таких людей город. Так сложилось. Поэтому деньги и текут в Москву. И наиболее умные, наиболее деятельные люди из провинции (включая и бывшие советские республики) — текут в Москву. Это получается такой замкнутый круг.

Какие-то другие местности — могли бы попытаться переманить денежные потоки и толковых людей у Москвы. Я бы не имел ничего против. Но в действительности — они, другие местности, как правило, предпочитают скулить на то, что Москва «слишком много себе берёт». И ведь в девяностые точно так же скулили, когда по факту центральная власть вообще никак практически не контролировала финансы, когда почти всё было в тени.

И вот надувают щёки: да у нас нефть, у нас газ, у нас лес — а Москва отсосёт, если мы заставим свои богатства работать на себя, если мы не будем отдавать три четверти Москве.

Ой ли?

Да, действительно, ресурсодобывающие регионы некой империи — отдают три четверти цены своей добычи центру. А когда они становятся независимыми — всё меняется. Тогда они отдают 99%

Почему так? Ну, видите ли, не то чтобы экономика определяла всё(!) в политическом устройстве общества, но многое — определяет. В общих чертах — какие формы власти допустимы, а какие нет.

Если экономика сложная, разнообразная, со множеством конкурирующих хозяйствующих субъектов в самых разных отраслях, причём таких, где требуется разворотливость, креативность, инновационность — то такая экономика требует наличия государственных институтов, защищающих права собственности, способных более-менее справедливо решать спорные вопросы. Ибо иначе — не имеет смысла предпринимателю развивать свой бизнес, когда его в любой момент могут отобрать или похерить по беспределу.

Поэтому, если благополучие твоего города (и твоё личное, как правителя) зависит от множества всяких торгашей, брадобреев, ремесленников, рекламщиков, программеров в этом городе — ты вынужден создавать для них условия, в которых им приятно обитать. Вынужден делать какое-то правосудие, поддерживать какие-то правила игры. Иначе, если у тебя будет беспредел — от тебя просто уйдут все эти люди, которые привыкли пробавляться своей мозговитостью и деловитостью, а потому и в других местах себя найдут. И с ними нельзя совсем уж по-скотски обращаться.

Но что, если у тебя близ города имеется депозит какого-нибудь «анобтаниума», и одно это может обеспечить тебе, как правителю, благоденствие?

Тогда вся экономика сводится к добыче этого ресурса. И это очень простая экономика — допускающая простые решения. Вплоть до того, чтобы некоторую часть жителей сделать своими «тонтон-макутами», чуть большую — рабами, которые будут добывать это говно из земли, а на остальных — вообще плевать.

И они сколько угодно могут разглагольствовать, какие они крутые, как они заживут, когда заставят служить богатства своей земли тому народу, который по ней ходит, но гораздо выше вероятность, что их нагнёт и поимеет этакий Хряк Наполеон.

Почему? Потому, что в такой простой экономике — это допустимая модель власти. Она работает. Правитель торгует ресурсом, который добывают рабы, которых стимулируют «тонтон-макуты».

Рабы могут взбрыкнуть? Ну, могут. А куда они, нахер, денутся с этой «подводной лодки», с экономики, завязанной не на предпринимательскую инициативу, а на довольно тупой рутинный труд? (И такая примитивная модель — навязывается, на самом деле, всей России последние пятнадцать лет)

Это предприниматель или креакл может найти себя в других странах и реализоваться там. Поэтому, если хочешь иметь доход с него, — поневоле будешь стараться сохранить для него привлекательность своей юрисдикции.

А глянешь на наше население всяких моногородков, оценишь, как они там сидели на жопе ровно все девяностые, когда у них вообще всё встало, как потом благословили Путина, когда хоть чего-то им стали оживлять — ну это ж абсолютно готовые рабы, имманентные.

И вот теперь москвичам говорят: вы неправильные патриоты России, а правильные — это вот те, которые сидели в моногородках и молились на укрепление власти. Они-то — и есть истинная Россия.

И многие москвичи — в глубине души соглашаются. «Да, мы неправильные патриоты России. Если под нею подразумевать вот этих никчёмных ушлёпков — то мы вообще не патриоты России. И не пошла б она в жопу, куда пусть и Путина своего любимого засунет с Крымом вместе?»

Я не говорю, что это безусловно правильный подход (Путина нужно засунуть всё же в психушку, а не в жопу «замкадышам»), но такие настроения имеются у многих москвичей — и всё больше «материализуются».

Всё больше людей здесь задаются вопросом: а нахера им в действительности нужна Россия? Ну вот они стремились жить мирно и конструктивно. Старались, по-буржуазному, ладить со всеми людьми, кто изъявлял заинтересованность во взаимовыгодном сотрудничестве. При этом — радовались, что могут себе позволить всё то же, что соответствующего уровня европейцы, и ездили в Европу, а уж в Киев или Львов — иные летали чуть ли не раз в месяц на выходные. И никакого напряга не испытывали от «бандеровского» антуража иных львовских кафешек. Да прикольно просто.

И в Крым, пока он был истинно наш, под жовто-блакитным, - тоже могли метнуться летом на выходные.

Но вот они всего этого лишились, и на любых русских теперь много где, не только на Украине, смотрят как на вероломную мразь, - и им втирают, что это офигенно круто. Что они должны этим гордиться как признаком державного величия.

Ради чего? Ради того, чтобы всякие крысёныши, оседлавшие Кремль при поддержке всяких провинциальных недокормленных лохов, теперь могли воровать ещё больше.

Ну, это не очень приятное сознание для многих москвичей (включая питерцев). И есть, есть мысль у многих из них, что лучше бы просто отделаться от остальной России, которая, в своей неискоренимой дремучести, со своими неизбывными блатняцкими понтами, навязывает Москве себя и тех ублюдков, которых видит своими политическими лидерами.

С другой стороны, и у глубинки есть причины обставить дело так, будто бы это Москва, в очередном припадке великодержавной мегаломании, навязала им ссору с Цивилизацией, которой они сами вовсе не желали. Ибо - «а нахрена уральский парень занимается тайчи, и уж тем более — нахрена ему Крым?»

Так или иначе, то, что сделала РФ под предводительством этих кремлёвских крыс — это такой провал и позор, что от него, возможно, действительно будет очень сложно отмыться, если сохранить целостность и правопреемство единого государства.

Тут соблазнительно получается сказать, мол, того поганого государства больше нет, оно распалось, а мы-то чисты. И кивать друг на друга. Москва (Центр и Северо-Запад, в действительности) — будет кивать, что, мол, Уралвагонзавод навязал Путина, а «глубинка» - что они вообще люди не местные и никогда ничего не решали в московской политике.

Но я всё-таки думаю, что приличнее было бы признать свои общие ошибки. Ведь даже если кто-то стал объектом политики, вместо того, чтобы быть субъектом — это тоже его ошибка, его прегрешение. И, перед тем, как окончательно признать несостоятельность России как единого государства — всё же попробовать концепцию «возрождённой Новгородчины», благонамеренного буржуазного конгламерата разумных дружелюбных людей, не одержимых теми или иными иррациональными деструктивными маниями (но одержимых — разумеется, придётся закатать по крайней мере в рабство, а не давать им участия в политических делах).

Если и это не сработает — ну, тогда да. Тогда, вероятно, политическую карту России ждут ножницы. Но при этом полезно иметь в виду: Москва — ничего не потеряет. А может, и провинции приобретут, когда вынуждены будут наконец начать жить своим умом, без надежды на помощь Москвы.

А так-то Москва всё это время только и слышала, что призывы поддержать «единоутробных соплеменников».

«Покупайте наши машины, ведь иначе загнётся город Тольятти!»

На что реакция большинства москвичей: «А может, сразу атомную бомбу уронить на город Тольятти, чтоб не мучился? Ну, у нас-то автозаводы ближе есть. В Германии, в Италии. Нахер нам поддерживать автопром на средней Волге?»

«Нефтюшка — всему голова, а газ — всему яйца. О да, у нас есть нефть и газ в Уренгое, и это наше, наше, и отсель грозить мы будем шведу!»

Мысли Москвы: «Да может, и ваше, но вы не могли бы, вставши на своём Уренгое, вот как-то так грозить шведу, чтобы нас не приплетать к этим вашим боевым танцам? Ибо нам-то от шведа Икея нужна, а не испуг».

Кому-то из «замкадышей» это кажется дико непатриотично, такая «жлобская» позиция Москвы? Да плевать, что кому кажется, но я просто констатирую, что есть. А есть то, что Москва из последних сил терпит нахлебничество всяких пафосных дармоедов — и им полезно было бы это понимать.

Ещё раз: я лично против резкого развала России, но не могу игнорировать объективные тенденции. Они же складываются так, что Москве (с Питером) может быть очень выгодно послать нахер остальную Россию. И никакие толстомясые провинциальные ОМОНы — в этом случае не помогут. Тем более — работяги-доходяги с полусдохших предприятий ВПК, производящих никому не нужную допотопную херню.

Вот о чём следует думать.

Tags: Россия, политика, сепаратизм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 28 comments